Широкие кровати, наколдованные Лансом, синхронно схлопнулись, превратившись в потертые диваны, со скрипом отъехали к окнам, оставляя на полу царапины. Тиль сдернула простыню с ближайшего дивана и быстро завернулась в нее как в тогу.

— Я сейчас наколдую заново, — виновато предложил Ланс.

— Не надо, — отрезала Тиль, направляясь в ванную. — Я уже выспалась.

42.

На территорию пансиона они заезжали как на вражеские земли: осторожно озираясь по сторонам и вздрагивая от каждого шума. Протяжно скрипнув, закрылись ворота, и кабриолет, воняющий рыбой несмотря на все магические потуги Ланса, прошуршал шинами по гравию, сворачивая к навесу у стадиона. Туи, высокие и строгие, как часовые, качнулись под порывом ветра вслед проезжающей машине.

Пансион еще спал. Окна левого крыла, залитые красками рассвета, словно пылали маревом пожара. Окна правого, погруженные в тень, казались темными норами, в которых может притаиться как мягкий кролик, так и ядовитая змея.

— У меня есть предположение, — сказала Тиль, ступая на брусчатку внутреннего дворика. — Если девочки — маги, и они изо дня в день переписывали книгу с темными заклинаниями, это могло повлиять на еще несформированные крылья. Чем светлее была энергия в исходном виде, тем печальнее последствия.

— Давай украдем эту книгу, — предложил Ланс.

— Давай, — согласилась Тиль. — Только на ней наверняка охранные заклинания. Надо составить план. А еще хотелось бы принять душ и переодеться.

Она обтянула помятую рубашку, пригладила складки на клетчатой школьной юбке. Ланс как назло выглядел безупречно: на рубашке ни пятнышка, рыжеватые волосы лежат легкой волной, как у кинозвезды. Но лицо наглое, и кривоватая ухмылка тоже никуда не делась. Ланс снял серебристую чешуйку со щеки Тиль, сбросил с пальца щелчком.

— У нас в комнате может быть опасно. Я пойду первым и все проверю.

— С каких пор ты возомнил себя командиром? — удивилась Тиль, обгоняя его на ступеньках входа в преподавательское крыло. — Нас явно ждут новые сюрпризы от злодея. Он жаждет нас уничтожить и наверняка попробует сделать это снова.

— Вот именно, — подтвердил Ланс, в два счета догоняя Тиль и задвигая ее за спину. — Кстати, это довольно странно, ты не находишь? Он словно бы спешит.

— Если в Ордене прознают о том, что творится на острове, то все планы нашего мага накроются медным тазом, — ответила Тиль, приноравливаясь к походке колдуна, так что теперь они поднимались по лестнице бок о бок. — Он собирает здесь девочек-магичек не просто так.

— А сейчас, когда мы буквально дышим ему в спину, он попытается воплотить свои планы как можно скорее.

— Да мы еще без понятия, кто это может быть! — возмутилась Тиль, остановившись на ступеньке.

— Но он-то этого не знает, — невозмутимо ответил Ланс, поднимаясь по лестнице и толкая дверь в комнату. — Он наверняка где-то прокололся, только мы этого пока не заметили, а если и заметили, то не осознали.

В комнате было сумрачно, рассветные лучи едва пробивались через зеленые шторы, ложась на дощатый пол неровными пятнами. Все выглядело как обычно: журнальный столик, два кресла, книжный шкаф в углу. Ланс осмотрелся и перешагнул порог первым.

— Наша ведьма — а нам пора признать, что это женщина, поскольку мужчину я здесь видел только в зеркале — не повторяется. Она пыталась нас сжечь, завалить камнями и утопить. Даже интересно, что она придумает еще?

— Пытку сочинениями? — предположила Тиль, заходя в комнату, где на журнальном столике лежали синяя папка, стопка зеленых тетрадей и записка.

— Ланс, три восклицательных знака, — прочитал колдун. — Где вы? Зайдите ко мне немедленно, я волнуюсь. Пэ.

— Сколько завитушек, — заметила Тиль, глянув в записку. — Наверняка и про духи не забыла.

Ланс понюхал записку и чихнул.

— А что за папка? — поинтересовалась Тиль.

— Мне ее Петра в самом начале выдала, — ответил Ланс. — Но я ее потерял. Там планы предыдущего учителя, программа обучения, ничего интересного. Тиль, давай так: я сделаю лучший кофе в твоей жизни — ароматный, крепкий, с молоком и без сахара, а ты проверишь сочинения.

Сев в кресло, Тиль пролистала содержимое папки, вынула лист, исписанный от руки, и углубилась в чтение.

— А впрочем, зачем их вообще проверять, — Ланс, который ходил туда-сюда по комнате, скосил глаза на зеленую стопку. — Таинственный злодей уже нас разоблачил, а Петре, похоже, без разницы, как я выполняю обязанности учителя. Ей главное, чтобы все выглядело хорошо. Так что поставлю всем отличные отметки — и делов.

Ланс повеселел, сел во второе кресло и подвинул к себе зеленую стопку.

— Ручку не видела? — спросил он у Тиль.

Вместо ответа она сунула ему под нос исписанный лист бумаги.

— Что это? — пробурчал он. — Еще одна записка?

— Заявление на увольнение, — ответила Тиль. — Что само по себе и не странно. Отсюда все нормальные люди сбежали. Ты посмотри на имя.

— Вивиан Брунелеки. Наш призрак! — Ланс выхватил лист из рук Тиль, пробежал взглядом по строчкам. — Она хотела уволиться. Паранормальные происшествия, наплевательское отношение к здоровью детей, атмосфера неуважения к свободе личности, невыносимые условия проживания. Тут куча исправлений, дальше непонятно.