Так… Дик влип. Крепко влип. Эммануил откинулся на спинку дивана. Политика и рок-н-ролл… Рок-н-ролл и политика…

Наступила продолжительная пауза, которую нарушил Адамс, вкрадчиво проговорив:

— Да не расстраивайтесь вы так, Хастон. Все поправимо. Ведь я сейчас не с Диком, а с вами разговариваю. А мог бы сразу его за шкирку взять. Парень-то уже совершеннолетний.

Эммануил напрягся. В комплексе, расположенном в недрах Карлсбадских пещер, шевельнулся такотан. Хастон волевым усилием подавил беспокойство аппарата, вошел с ним в резонанс и, с помощью усиленного совместными усилиями биополя, заставил свое сердце биться спокойно и размеренно. Он мог бы сделать это и без такотана, но времени на это понадобилось бы значительно больше. А его, времени, сейчас как раз и не хватало, поскольку Адамс, все хуже и хуже скрывая свою внутреннюю неуверенность, заерзал в кресле.

— Что же вы молчите, Хастон? Неужели вас не интересует, почему я вышел именно на вас?

Эммануила это очень интересовало, но виду относительно этого подавать он не желал.

— Очевидно, у вас не хватает доказательств.

— Да есть, есть они, доказательства эти! — хлопнул по папке растопыренной пятерней агент Адамс. — И больше, чем вы думаете. Клинес и некоторые его ребята уже арестованы. Только Дик на свободе гуляет. Пока… — Адамс наклонился вперед и внезапно Хастон понял, что глаза у него не хмельные — испуганные. — Пока мы не решим с вами одну проблему.

Та-а-ак… Оказывается, не только у Дика, но и у него существуют определенные проблемы. Очень интересно.

Адамс отвел глаза в сторону:

— Вы помните Куртисса Шафера?

Не смотря на резонирующее биополе, Хастон вздрогнул. Они познакомились с Шафером Чикаго, на конференции по электронике. Потом встречались с ним в Уайт-Сендсе. Хастона под именем Джорджа Блейка пытались привлечь к его исследованиям, но имплантация электродов в мозг младенцев, превращающая их в роботов на всю жизнь, настолько возмутила Эммануила, что… Короче, скандал был громким.

С него взяли подписку о неразглашении и на несколько лет оставили в покое. Но именно с того времени он ощутил за собой липкое, как паутина, наблюдение и, боясь обнаружить местонахождение комплекса, почти перестал бывать в нем. Управление осуществлялось через такотанов с помощью внешних антенн, разбросанных вокруг пещеры в виде кактусов. Кактусы, кстати, были настоящими. Кто там разберется что с ними произошло на генетическом уровне?

— Насколько я понял, вы помните этого человека, — продолжал между тем Адамс. — Он, кстати, не смотря на напряженные отношения, установившиеся между вами, очень высокого мнения о ваших способностях. Некоторые же ваши идеи просто поразили его. И он убежден, что в области усиления физических возможностей человека техническими средствами у вас должны быть очень большие наработки. То, что опубликовано вами под псевдонимом Блейка, только верхняя часть айсберга.

Приехали!.. Их с Пьером главная ошибка состояла в том, что они залезли в это осиное гнездо научных центров и полигонов, которое еще перед войной начало вырастать в Нью-Мексико. Мол, мыслили тогда, нужно все держать под контролем. Они были молоды, самоуверенны и не понимали, что сами могут оказаться под этим самым контролем. Очень жестким контролем.

— Я математик и биофизик, — хмуро произнес Хастон, — а не хирург или электронщик. Поэтому Шафер может ошибаться на счет моих возможностей.

— Тогда все очень просто, — облегченно, как показалось Эммануилу, вздохнул Адамс. — Нужно исправить эту ошибку.

— И каким же образом?

— Образом поездки в одно место, расположенное неподалеку от Карлсбада.

— И когда?

— Да прямо сейчас, Хастон. Чего тянуть? Времени, я думаю, это много не займет.

— Как я понимаю, отказываться мне будет неудобно.

— Вы все правильно понимаете, Хастон.

— Я могу переодеться?

Адамс смерил его оценивающим взглядом:

— По-моему, вы и так неплохо выглядите. Кроме того, по прибытию на место вас все равно обыщут.

— Могу ли я предупредить жену?

— Я сам это сделаю.

Агент ФБР с трудом, словно после тяжелейшей работы, выбрался из кресла и пошел в сторону кухни, бросая по сторонам цепкие взгляды. Расположение комнат он, очевидно, знал неплохо.

Когда спина Адамса исчезла в дверях, а на кухне забубнили — «не беспокойтесь… что случилось?.. несколько часов… зачем?.. очередная консультация», Хастон быстро оглядел холл. Сегодня у Коретты день уборки. Она будет обязательно очищать от пыли все кресла, поснимав с них и спинки, и сиденья. Очень хорошо!..

Хастон достал из внутреннего кармана пиджака ручку с блокнотом и, временами бросая взгляды в сторону кухни, быстро, изламывая почерк, написал: «К.! Если до 18.00 я не появлюсь, забирай Дика, пробирайтесь в комплекс и не выходите оттуда, пока я не свяжусь с вами. Если этого не произойдет в течении недели, выбирайтесь из Нью-Мексико на Север и затаитесь в Грин-Бее. Я вас найду. Люблю. Целую». Секунду подумал и дописал: «Учти, за вами могут следить».

Про Грин-Бей он упомянул непроизвольно. Просто это был единственный город, название которого он мог вспомнить на ходу и который находился в непосредственной близости от Су-Сент-Мари. А в канадской части последнего жила Мэри. Возможно, понадобится ее помощь.