Владимир Сафонов, пока Максим Зверев переодевался, прокручивал в голове все детали разговора с "пионером".

… — Здравствуйте, Владимир Иванович. Думаю, теперь нам есть о чем поговорить? Вы ведь все поняли, не так ли? — сказал Максим.

И улыбнулся.

— Да, поговорить есть о чем. Сразу предупреждаю — все наши выводы построены только на анализе фактов и на наших же умозаключениях. Поэтому я просто сейчас буду спрашивать, а ты… точнее, Вы, Максим — отвечать. Годится?

— Ну, давайте попробуем. Я так понимаю, от попытки вести допрос с применением спецсредств вы сразу отказались?

— Во-первых, по законодательству права не имеем. Во-вторых, Вы, Максим, на сегодня не подпадаете под советское законодательство. Поскольку Вас как бы и нет.

— О как! — Макс даже крякнул. — А где же я?

— А вот это я и приехал выяснить. Совсем недавно Вас, Максим, здесь не было. То есть, тело Ваше было, а вот сознание… Скажете мне, где Вы были?

Макс задумался. Потом, посмотрев в глаза биоэнергетика, спросил:

— Я так думаю, Вы уже поняли, что я — из другого времени?

Сафонов кивнул.

— Да, это была одна из основных версий. Тем более, что мои способности и способности моих коллег позволяют частично проверить эту гипотезу. Которая, судя по всему, перестала быть таковой, превратившись в некую парадигму. И теперь, чтобы нам выработать модель постановки проблем и их решения, нужна дополнительная информация.

— Ну, что ж, давайте начнем. Итак, сам принцип моего попадания сюда мне неизвестен. В 2016 году во время боя под Авдеевкой я, вероятно, получил ранение или контузию и очутился в своем собственном теле, теле 11-летнего подростка. Сохранив все свои знания, навыки и умения. Как я понимаю, моторика тела, мышечная память и все остальное автоматически подстроились под мое "взрослое" сознание. А что касается того, где я был… Сначала снова в своем будущем… Точнее, уже не в своем… Короче, об этом я поговорю с Вами и Вашими коллегами отдельно. Потому что, как я понял, при моем возврате туда произошел "эффект бабочки", как у Брэдбэри — история изменилась, понимаете?

— Прекрасно понимаю. Выходит, Ваше появление здесь нарушило какие-то механизмы, и история стала развиваться по другому пути? Очень, очень интересно… Вы сказали, бой под Авдеевкой? Какой бой? Кто с кем воюет?

Зверев устало посмотрел на Сафонова.

— Владимир Иванович, мне не хочется Вас огорчать, но в будущем Советский Союз прекратит свое существование и распадется на ряд государств и недо-государств. Россия станет правопреемницей СССР, а вот Украина очень быстро подпадет под влияние США и, в конце концов, став пешкой в геополитических играх, будет использована, как инструмент в войне с Россией.

Заметив изумленный вид экстрасенса, поправился.

— Нет, напрямую с Россией воевать никто не будет — я имею в виду войны пропагандистские, экономические, геополитические. То есть, за сферы влияния. Вначале Украина провозгласила себя независимой, но больше 20 лет украинцы жили с россиянами мирно, торговали, получали газ, электроэнергию по очень низким ценам. Ну, топливо для украинских АЭС тоже поставлял РосАтом. А потом на Украине произошел государственный переворот под управлением Госдепартамента США и понеслось… Вначале Россия ввела свои войска в Крым и под этим соусом инициировала там референдум об отделении. Конечно же, референдум прошел и более 90 % крымчан проголосовали за присоединение к РФ. С руководством Украины этот вопрос быстро решили — у тех было рыльце в пушку.

— Не понял, это как?

— Во время госпереворота, который они у себя объявили революцией, нынешним… ну, тем руководством страны, которое в моем будущем было, были спровоцированы кровавые жертвы… Более ста человек были убиты, половина из них — расстреляны неизвестными снайперами на главной площади Киева — Майдане Независимости…

Сафонов был просто шокирован.

— Боже мой… Какой ужас! И это нас ожидает?

— Вот как раз на этот вопрос я Вам ответить и не могу. Судя по моему "откату" в свое будущее, есть вероятность того, что его можно изменить. Надо только понять, что именно я сделал ЗДЕСЬ, чтобы ТАМ что-то изменилось. Если, конечно, не принимать во внимание теорию параллельных миров.

— Да-да, мы пока ее со счетов не сбрасываем, но уж очень много факторов говорят о том, что имеют место все же темпоральные аномалии.

— Аномалии ли? — усмехнулся Зверев.

— Ну, там будем посмотреть, как сие охарактеризовать. Максим, я потрясен. Вы там, в своем будущем кем были?

— Я был журналистом. Потом командиров диверсионно-разведывательной группы армии Донецкой народной республики. После переворота Донбасс отказался подчиняться новой власти. Но если в Крыму были российские военные и Черноморский флот, который, кстати, при разделе имущества СССР достался России, то в конфликт на Донбассе российский президент не стал вмешиваться. Тем более, что после возврата Крыма, который Хрущев так неосмотрительно подарил Украинской ССР, были рычаги влияния на украинскую власть, так что те и не пикнули. А вот с Донбассом получилось сложнее. Российская армия, конечно, помогла, чем могла — оружие, волонтеры-добровольцы, отдельные военные операции… Но открыто она не могла вводить свою армию, ибо тогда гражданская война превратилась бы уже в открытый военный конфликт. И не факт, что воевать пришлось бы только с Украиной…

— Гражданская война?!

— Да. Когда в Донецкой и Луганской областях также прошли референдумы, правда, не об отделении от Украины, а только об особом статусе, то есть — автономии, украинское руководство решило задавить эту, так сказать, вольницу силой. И послало войска.

— Как такое возможно? Это же противозаконно!

— Да плевать они хотели на закон! Да, по Конституции Украины армии запрещено вмешиваться в гражданские конфликты. Ведь на Донбассе, по сути, произошло то же самое, что месяцем ранее в Киеве — люди вышли на улицы протестовать против ненавистной им власти. Только в Киеве таких людей назвали революционерами и героями, а вот жителей Донецка и Луганска — сепаратистами и предателями. А чтобы выглядеть в глазах всего мира цивилизованными и законопослушными, новые руководители Украины придумали миф о российской угрозе.