— Ну и правильно.

Отправив брату мысленный зов, чтобы стая и дальше держалась в стороне от крепости, я прямо с дороги, грязный, нечесаный и неумытый, прошел сквозь строй торопливо выбегающих из казармы коллег и направился к коменданту. Надо же… все, кого я знал, уже были здесь. Все, с кем мы вместе охотились. Ходили в караул. Ели, пили, мылись, слушали бородатые анекдоты…

Каждый из них посчитал своим долгом меня поприветствовать. О результатах вылазки не спрашивали — видели небось гигантское зарево в небе. Гарантий, конечно, не было никаких, что это именно то, на что все надеялись, но когда я проходил мимо, они хлопали меня по плечу, отдавали честь и привычно, как старому другу, кивали. Наемники, преступники… все одинаково. Да и не разделял я их, если честно. Даже не спросил ни разу, кто есть кто, потому что здесь, в Ойте, это было не принято.

— Ну что, явился? — хмуро посмотрел на меня граф, когда я переступил порог и доложился ему по всей форме.

— Так точно, милорд.

— Почему в таком виде? — с ходу огорошил меня его сиятельство. — Где твой мундир? Где сапоги?

Я оскалился.

— По-видимому, там же, где и одна небезызвестная вам медуза.

— Р-разговорчики! — вдруг без предупреждения рявкнул отлепившийся от соседней стены Хэнг. После чего крепко меня обнял и, всмотревшись в уставшее, перепачканное черт знает в чем лицо, совсем другим тоном добавил: — Добро пожаловать домой, засранец. Вот уж не ожидал, что буду рад снова увидеть твою наглую рожу.

— Иди ты к драхту, командир, — привычно напутствовал его я, и мы все трое с невыразимым облегчением рассмеялись. А когда смех смолк, граф подошел и протянул мне руку.

— С возвращением, Аш.

— Благодарю, милорд.

— А теперь давай, докладывай, — отступил его сиятельство, когда мы обменялись рукопожатием. — Понимаю, что ты устал, но у нас на носу императорская проверка. Поэтому сам знаешь…

— Конечно. Вам надо успеть написать для начальства приличный рапорт,— понятливо кивнул я, получив в ответ тихий смешок. После чего нахально занял единственный свободный стул в комнате, кивком поблагодарил графа за стакан с водой и, устроившись поудобнее, начал рассказывать.

Недели через две, когда регулярные дозоры доложили, что драхты и впрямь перестали представлять угрозу, граф эль Сар изъявил желание своими глазами взглянуть на тварь, которая столько веков наводила на Карраг ужас. Идея, что ни говори, была скверной. И Хэнг очень долго отговаривал командира от совместной вылазки.

Однако даже ему в конце концов пришлось признать, что ни одной стаи драхтов в окрестностях Ойта больше не осталось. Те небольшие группки, что еще встречались, были разобщены, совершенно утратили охотничьи навыки и больше походили на детей, которые потеряли на людной площади любимую маму. Ни о какой тактике с их стороны речи больше не шло. Нападали они вяло, легко отвлекались на заряженные магией шарики, были слишком глупы, чтобы оказывать сопротивление, поэтому за время охоты в отрядах даже раненых почти не было. Не говоря про убитых.

Опять же, у графа имелся индивидуальный портал. Да и ашши не отказались помочь с сопровождением.Поэтому после продолжительных дебатов Хэнг все же прекратил препираться, и мы большим отрядом выдвинулись вглубь Истрикских лесов, намереваясь повторить мой маршрут.

Ну что сказать… все до единого логова, которые я не так давно обходил с соблюдением всех возможных мер предосторожности, оказались пустыми. Издохшие медузы плавали в вонючей жиже, разбросав щупальца далеко в стороны. Рядом с ними, размеренно покачиваясь в мутной воде, болтались недоделанные зародыши. Вокруг луж, похожие на гигантских жуков, сотнями и тысячами валялись мертвые драхты. Особенно много среди них было охотников, которые и впрямь не выжили после глобальной экологической катастрофы. Да и обычных в сравнении с тем, что мы увидели, уцелело не так уж много.

Единственное, чего я не понял, когда мы приблизились к землям, где из-под земли так и продолжала сочиться темная магия, это почему драхты больше сюда не вернулись. Они ведь зависели от магии, а тут ее осталось — завались. Тем не менее, ни одной живой твари вблизи медуз не обнаружилось. Эта часть леса попросту вымерла, мгновенно и надолго. И люди только диву давались, разглядывая дохлое воинство, которое рано или поздно могло хлынуть в свободный Карраг.

— Ни-че-го себе тут трупаков навалилось, — присвистнул кто-то из отряда, по достоинству оценив открывшееся зрелище. — Как будто косой косили!

— Да уж, — раздалось рядом. — А кому-то все это придется убирать…

— Какие вопросы? — вполголоса удивился Атис, выразительно глянув в мою сторону. — Кто насвинячил, тот и убирать будет. Это справедливо.

Я фыркнул.

— Щас. Я свое дело сделал, а дальше уж как-нибудь без меня.

— Аш, нас вообще-то больше, — деликатно намекнул Митт.

— Зато у меня средство передвижения лучше, — ухмыльнулся я, хлопнув по волчьему боку, а Ворчун показал зубы.

— Заткнитесь-ка лучше и наденьте защитные амулеты, — проворчал Огрис, первым подавая пример и активируя висящий на груди артефакт. — Здесь магический фон зашкаливает. Долго в нем находиться никому не советую.

Я тоже сделал вид, что озаботился средствами защиты. Однако на самом деле я кайфовал и, пока остальные крутили головами, жадно впитывал разлитую в воздухе магию, которая для меня, синхронизированного с темным даром императора, была сродни деликатесу.

Ох, как же давно я по-настоящему не насыщался! Вкусно, сытно, великолепно… просто ням. И главное, этого добра тут было до одурения. Сто лет можно лакомиться, не думая, где взять еще.

А вот ночевать нам все-таки пришлось в лесу. Посреди отменно смердящего болота, по соседству с дохлыми тварями и аккурат между двумя близко расположенными логовами, от которых несло в разы сильнее, чем от мертвых кошмариков. Кони, естественно, от такого зловония нервничали. Ашши вообще предпочли вернуться назад и изъявили желание подождать нас в сторонке.