— Полагаю, для этого сейчас самое время.

Я мельком глянул на бумагу. Ого. Патент на присвоение офицерского звания. Что-то вроде чина лейтенанта по земным меркам. Вот так, сходу. И это вместо обещанной поначалу должности уборщика?

Хм. Это было очень щедрое предложение и одновременно признание моих заслуг. Более того, наличие офицерского звания открывало для меня заманчивые перспективы. Правда, и несколько ограничивало передвижение. С другой стороны… почему бы нет? Ворчун с высокой долей вероятности скоро меня покинет, и я не буду этому препятствовать. Но без него мне будет скучно болтаться по окраинам империи. А граф предлагал продолжить службу на официальных началах. Под своей рукой. Под защитой. А он действительно хороший командир. Для такого как я и вовсе — предел мечтаний.

— Мне нужно подумать, — так и не приняв никакого решения, обронил я, подняв на графа глаза. — Быть может, обсудим это после моего возвращения?

Эль Сар чуть сузил глаза.

— Ты действительно готов это сделать?

— Да, милорд, — кивнул я. Но не стал уточнять, к какому именно пункту нашей беседы был задан последний вопрос.

Ровно через две недели, когда снег в лесу окончательно растаял, я с пыхтением выволок из портала четыре весело побулькивающих бутыли в кожаной оплетке. А когда убедился, что при переноске ничего не повредил, рысью помчался по окрестностям в поисках просыпающихся драхтов.

— Вот вы где, мои хорошие, — с облегчением выдохнул я, обнаружив в густом орешнике парочку неприкаянных тварей. Уже привычно их захомутав, щедро накормил, обогрел, затем привел к приметному дереву, где устроил заначку. Еще пару раз сходил на охоту. И собрав персональный драхт-отряд в количестве шести полностью послушных монстров, занялся самым важным делом —принялся поить кошмариков сваренным магами зельем.

Чтобы повысить шансы на успех, двоим драхтам я велел проглотить бутыли с ядом прямо так, в оплетке и не вытаскивая из емкостей пробки. А еще одну парочку… предварительно пометив, чтоб не перепутались… заставил выпить содержимое емкостей залпом. С крипсом, правда, пришлось повозиться, но я нашел способ залить азбавленный состав в глотку драхту без прямого контакта с воздухом. Воронка бы в этом мне не помогла, а вот специально сделанный Огрисом шланг… Когда процесс переливания закончился, и мы даже никого при этом не потеряли, я забрался на плечи одного из свободных драхтов, после чего мои хитиновые солдатики бодро тронулись с места, то и дело издавая веселое бульканье.

Наша странная процессия без всяких проблем проследовала по уже известному маршруту. И, как в прошлый раз, вплоть до места обитания драхтов-надсмотрщиков нами никто не заинтересовался. На этот раз двоих драхтов я оставил «про запас» на границе опасной территории — они должны были унести меня отсюда, если все пройдет благополучно. А тех, кого напоил отравой, аккуратно направил вперед, следуя за ними поверху и очень стараясь не привлекать внимания.

Именно после этого у нас и начались первые проблемы.

То ли напоенные гадостью «песики» привлекли внимание хвостатых годзилл, то ли их раздувшиеся животы вызвали подозрение, то ли запах как-то изменился, но, пока я ползком переползал с ветки на ветки, моих гавриков успели остановить раз десять. Каждый раз тщательно обнюхали, осмотрели, даже, по-моему, острым когтем в брюхо потыкали, заставив меня напрячься. Но не найдя в пришельцах ничего подозрительного, надсмотрщики их неохотно отпустили, и до главного логова мы-таки добрались.

Потом я часа три потратил, чтобы увеличить длину поводков и напоить через них терпеливо ожидающих приказа драхтов. Сил на это ушло целое море. На улице к тому времени стало постепенно темнеть. Мне совершенно не вовремя приспичило в туалет, хотя я с утра специально ничего не ел и не пил. И вот так, в некоторой спешке, молча ругаясь на досадные мелочи, нам пришлось делать последние приготовления без преувеличения к самой важной в истории Каррага диверсии.

Когда мои верные солдатики добрались до края кратера, я аж изъерзался весь от нетерпения. Блин, полкилометра ползли как улитки, потому что и тут их на каждом шагу тормозили. А у меня пузырь уже полный. Его содержимое скоро в ушах плескаться будет. Ну вот, хвала богу, начали спускаться… теперь главное, чтобы они благополучно добрались до самого низа.

Ворочающаяся внизу черно-фиолетовая масса вела себя сегодня более беспокойно, чем осенью. То ли не проснулась еще. То ли оголодала за зиму. Так или иначе, но щупальца она выпускала в несколько раз чаще. И они настойчиво шарили вдоль логова, будто всерьез считали, что найдется много желающих прийти к ним в гости.

Бамс!

— Млять! — беззвучно ругнулся я, когда один из огромных отростков размазал одного из моих «универсальных солдатиков» по стенке кратера. — Что тебе спокойно не лежится, тварь ты этакая?!

Бумс!

Следом за первым на каменистую насыпь рухнуло еще одно живое бревно. К счастью, первый убитый нес в своем брюхе не крипс, а катализатор, поэтому катастрофы не случилось. К тому же, обрушившаяся сверху слизь большую часть безобразно красного пятна все равно смыла вниз. Но после этого в том месте, откуда я едва успел отдернуть поводок, слепо зашарило еще несколько щупалец. Одно из них лишь чудом не пришлепнуло торопливо спускающегося кошмарика. А второго толкнуло так, что тот кубарем покатился по склону, гремя хитином и издавая растерянное блеяние.

Бумс!

Беднягу прямо на ходу прибило выстрелившим из мамки отростком.

Твою мать… ярко-зеленая лужа на месте аварии тут же окрасилась белым и запузырилась. Шипения я, правда, не услышал — все потонуло в новом ударе. А волна вонючей слизи, накрывшая тело «песика», оказалась настолько мощной, что реакция, похоже, закончилась, даже толком не начавшись. Блин. Если еще и вторая прольется мимо…

Я сжал кулаки, напряженно руководя оставшимися драхтами.

Давайте, родимые, бегите… совсем немного осталось до цели…