— Вы же знаете, что нет, — отозвалась я, тоже встав, и опять отерла мокрое лицо. — Как и вы, я клялась защищать людей от любых проявлений магии.

…но амулет Нимфы сейчас найти предпочтительнее.

Баба Зина проследила за моим ищущим взглядом и сказала:

— Я знаю, где ее логово. Да и ты, наверно, тоже. Амулет может быть там. Должен быть там, — добавила почти виновато. — А надвигающееся связано с отступниками. Иначе бы не стала отвлекать тебя от дела.

— А парень?..

— Наблюдателям сдали. Я связалась, а правнук отвез.

Я проигнорировала намек. Достала из рюкзака мелки и попросила:

— Подсушите площадку. И меня, если нетрудно.

Ведьма кивнула, и над нашими головами распустился крупный алый цветок с широкими искрящимися листьями. И только когда меня накрыло волной тепла, я поняла, как замерзла. Окоченела под проливным майским дождем. Одежда промокла насквозь, в кедах противно хлюпало при каждом шаге, мокрые волосы, давно выбившиеся из пучка, повисли сосульками, со щек текло за шиворот.

Подставив лицо теплому красному свету, я с минуту расслабленно блаженствовала, высушиваясь и согреваясь. А потом взялась за дело: закатала рваные рукава свитера, разрисовала крышу привычными опознавательными знаками «Компаса ведьм» и тщательно изучила каждый. Безрезультатно. Вчера меня это успокоило, а сегодня отчего-то встревожило.

— Пока опасности не вижу, — я встала и отряхнула руки. — Проверим чуть позже. А пока… Где логово?

— В трех домах отсюда, — баба Зина неопределенно махнула рукой. — Сейчас пойдем?

Она всё решила без меня. Этой ночью мы работаем в паре. А я и не возражала. Вместе всегда легче.

— Нет, — я села, открыла рюкзак и достала остатки утреннего «подарка» от добрейшего хозяина кафе — холодный шашлык и салат. — Сейчас я поем.

Ведьма понимающе кивнула и на мой поздний ужин претендовать не стала. Отошла к краю крыши и щелкнула зажигалкой. Огонек, замерев, заискрил, увеличился и скользнул в подставленную ладонь. Баба Зина прошептала наговор, и маяк улетел в ночь, растворившись в дождливом мраке.

— Спасибо, — я прожевала первый кусок мяса, который заботливыми и незаметными стараниями ведьмы оказался почти горячим, и поспешно сунула в рот второй.

— Приятного аппетита, — она улыбнулась и отправила в ночной полет еще пару маяков.

Соседство с мумией меня нисколько не смущало, скорее, наводило на размышления. Об истинной сущности и силе палача, о которой молчали даже сказки и моя прародительница. Об их опасности. И о пользе. И о власти. Да, настоящую власть получает не тот, кто обещает знания или силу, а тот, кто обещает жизнь. Или — скорый ее конец. Смерти боятся все. А там, где есть место страху боли и смерти, есть и обещание жизни, и власть над ней.

Мы — заложники жизни, часто говорила Элла, и ее вывод касается не только палачей. Просто палачи, как и светлые целители, острее это ощущают и быстрее других ведьм подбирают ключи к тому, чтобы спасти. Или погубить. Или — пообещать. Для начала. Мы очень, очень многого не знаем о том, чем владеем…

Я подцепила пластиковой вилкой последний кусок шашлыка, но до рта его не донесла, отвлекшись. Ближайшая цепочка символов тревожно вспыхнула багровым, а вслед за ней засияли красным, оранжевым и желтым остальные.

— Что это значит? — баба Зина мгновенно обернулась.

Ведьмы Круга символьными подсказками не владели — прежние наблюдатели решили, что у их ведьм должно быть преимущество перед круговыми, если не в силе, то в знаниях и умениях. И тщательно блюли сохранность секрета «Компаса ведьм».

Я проглотила остатки шашлыка, убрала в пакет пустые контейнеры, закатала рваные штанины и встала, закрывая рюкзак.

— Нас ждет веселая и бессонная ночь, полная неожиданностей. Приключений. И прочей гадости. Зовите своего правнука. Мне нужно попасть на самое высокое здание в городе. Немедленно.

И только бы хватило знаний… Или удачи, чтобы беду снова пронесло над городом дождливым ветром, как вчера.

На Украине и в некоторых частях России ведьмы,

согласно поверью, имели хвосты,

ловили падающие звезды и хранили их в кадушках.

В.Ф. Райан «Баня в полночь.

Исторический обзор магии и гаданий в России»

Я стояла на крыше единственного в городе «небоскреба» и плела свою самую большую и захватывающую «паутину». Наверно, это следовало сделать раньше… но я одна, а приоритетов много, и они постоянно менялись местами. Теперь на первый план опять вышли люди. Клялась оберегать — соблюдай. И я плела «сонную паутину».

Стёпка однажды рассказывал, как в прошлом году местные, явно поддавшись и влиянию капища, и западных традиций, отмечали Хэллоуин. По странному стечению обстоятельств американский праздник почти совпадал с местным Днем города, и обитатели Кладбищенского нарядились и повеселились на славу. А в больнице, после того, как царь Кащей со товарищи сначала схлестнулся с дядькой Черномором и его богатырями, а потом они, узрев толпу «зомби», вместе ринулись бить «инос(т)ранную нечисть», яблоку негде было упасть. И, надеясь избежать жертв среди мирного населения, я погружала город в спячку. Длительную, спокойную и безмятежную.