— Задача не допустить захвата Тристада Чумным мором выполнена, Спящий! — шутовски встав по стойке «смирно», доложил я.

Меня только отпустило, и я был настроен на игривый лад.

— Вольно, инициал, — совершенно неожиданно подыграл мне Бегемот.

Однако выражение человеческого лица божества и отчетливо исходящее от него напряжение быстро вернули мне серьезность.

— Ты проявил себя достойно…

Неожиданно бог привлек меня к себе, заключил в объятья и даже похлопал по спине. Это было что-то новенькое. От его черненой латной брони исходил нестерпимый жар, и я вырвался, выскользнув из-под его чудовищной руки. Бог среагировал понимающе:

— Извини. Вы, люди, крайне нежные существа. Хрупкие. Можете существовать только в очень узком диапазоне температур!

Так… Сначала это «вольно», потом упоминание людей (людей, а не разумных рас Дисгардиума!) в таком контексте… Чем дальше в лес, тем ближе вылез, как говорил мой дядя Ник. Никогда не понимал, что это означает, но повторял он присказку в случаях, когда события развивались непредвиденно, а новая информация не проясняла, а еще больше запутывала происходящее.

Тем временем Бегемот, побуравив взглядом, заговорил:

— До меня донеслись мерзкие эманации паразитирующей сущности, именующей себя Чумным мором, из Тристада, а потом они внезапно прекратились. Ты закрыл портал и уничтожил нечисть, но с того времени прошло много дней. Что тебя задержало?

Я задумался. Как виртуальной сущности, пусть даже божеству, объяснить все наши перипетии с выходом из песочницы и превентивами? Но сделать это надо, а то вон, даже сообщения о законченном квесте нет, не говоря уже о наградах.

— Известно ли тебе, Спящий, что за такими, как я или мой соратник Утес, охотятся сильные мира сего? По их мнению, мы представляем для всех разумных угрозу, и за наше устранение охотники за головами получат очень ценные награды…

— Утес? Ты о том дворфе-коротышке, что появился здесь вместе с тобой? Природа его силы за версту несет испражнениями Лучезарного, — Бегемот будто выплюнул этот эпитет.

— Именно. Именно от Нергала он и получил свою силу. И с ее же помощью становимся сильнее мы…

— Это заемная сила, инициал! — прогремел Спящий. — Нергал не тот бог, который ничего не потребует взамен. С каждым обращением к нему и дарованной им способности долг Утеса будет многократно возрастать, и лже-бог обязательно потребует свое.

— Когда?

— Тогда, когда вы будете ожидать этого меньше всего! В своих снах я насмотрелся на деяния Нергала. На пути к власти он не гнушался ни жертвоприношениями, ни связями со старшими демонами и повелителями Бездны.

— Ты уверен? Он же бог Света!

— Свет ослепляет. Есть свет, который убивает все живое. Любая стихия опасна. Мы еще вернемся к этому разговору. Что касается дара Нергала, мне надо пообщаться с твоим другом и изучить слепок плетений. Я посмотрю, что можно сделать, но пока на многое не надейтесь — силы мои еще слишком малы.

Спящий повернул голову в сторону, к чему-то прислушиваясь. Мысленно определив направление, я понял, что он смотрит на клановую таверну. Что-то уяснив для себя, бог кивнул и хлопнул пастью прямо перед моим носом:

— Продолжай рассказ, инициал.

— Этих охотников за головами мы зовем превентивами. Это герои, сильнейшие воины мира. В Даранте они устроили проверку всех только прибывших, и нам едва удалось сбежать.

— Ты был на краю, инициал. Отдача Предотвращения была столь сильна, что ее почувствовали даже сестра и братья.

Само собой пришло понимание, что он говорил о Божественном озарении. Видимо, эффект этой пассивки, заложенной много лет назад в ядро игры, действовал для каждого предвестника по-своему, в зависимости от того, какое именно божество было его покровителем. Значит, мое Божественное озарение — заслуга Бегемота? Об этом стоило подумать.

— Тогда ты должен понять, почему я задержался. Сначала ждал Утеса, потому что по законам Содружества покинуть земли Тристада тот мог только сегодня. Он не умеет путешествовать через глубину…

— Ты так в нем уверен, что рисковал собой?

— Это уже неважно, Спящий. Он обратился за помощью, когда мы вместе отражали прорыв Чумного мора. Я согласился.

— Ты поступил правильно, — мягко сказал Бегемот. — И заслужил награду!

Положив обе руки мне на плечи, он уставился в глаза. Я застыл, не способный даже дышать. Через меня проходили реки энергии, мощи, воли и мудрости Спящих, но задержалось всего ничего: два божественных таланта.

Задание Спящего бога Бегемота выполнено.