О, как давно она не испытывала наслаждения в обладании чужой душой! Теперь же при участии магнетизера она готовилась к долгожданному бенефису.

Усевшись за стол и отодвинув разбросанные в беспорядке бумаги, брошюры, журналы, Амалия принялась писать на своих визитных карточках записки бывшим поклонникам и членам ее кружка. Закончив занятие, она вызвала лакея и велела отправить людей с этими записками. Теперь можно и наградить себя бокалом шабли.

Амалия достала бутылку, спрятанную на полках среди книг. С тех пор, как все в ее доме стало таинственно исчезать, она опасалась оставлять на виду даже вино. Выпив бокал легко пьянящего шабли, госпожа Штерич почувствовала себя прежней: уверенной, сильной интриганкой. Подумав и посмотрев сквозь стекло на белое вино, она налила еще бокал и с удовольствием выпила его. Она рассмеялась, представив себе, что произойдет нынче вечером. Амалия смеялась все громче, все веселее делалось ей, покуда она не наткнулась на свое отражение в зеркальной дверце книжного шкафа, когда доставала новую бутылку французского вина. На нее неожиданно глянуло худое, бледное лицо с глубокими черными очами.

Амалия вздрогнула и уронила бокал, который, не разбившись, глухо стукнулся о персидский ковер. Она упала в вольтеровское кресло и закрыла лицо руками. Ей сделалось страшно. Амалия увидела в дверце шкафа лицо своей матери. Да, это были ее впалые щеки, скорбный рот и страдающий взгляд. Она смотрела с упреком, будто говорила:

– За что? Зачем, дитя мое? Я любила тебя больше жизни...

Амалия отняла руки от лица и вновь метнулась к шкафу. Теперь на нее глянуло искривленное страхом лицо с глазами, в которых плясал адский огонь, как у Турчанинова. Дама вздрогнула, когда услышала рядом с собой голос магнетизера, возникшего, как всегда, совершенно бесшумно.

– Госпожа моя, - заговорил Турчанинов, - гости прибыли, все готово. Извольте одеться должным образом, и мы выезжаем.

Владимир тотчас почувствовал недоброе. Однако дети так обрадовались, да и ряженые уже ввалились в гостиную пестрой, шумной толпой. Мартынов постарался изобразить гостеприимного хозяина. Он распорядился, чтобы принесли вина и сладостей.

Соня замерла у стены, когда распахнулись створки дверей и, громко топая, вошли эти странные фигуры. Дюваль остался по ту сторону двери. Сердце Сони болезненно сжалось: она вспомнила сон. Ряженые были точь-в-точь из ее сна: какие-то морды, хари, клювы, гребешки и красные пасти. И вот она, женщина в прекрасном платье. Бедная девица готова была упасть без чувств, но усилием воли удержала себя на грани сознания. Она взглянула на Сашеньку. Та была бледна и тревожно озиралась вокруг. Биби весело хлопала в ладоши и приставала к маскам с глупыми восклицаниями:

– Укуси меня, кабанчик! Ой, какой страшненький! А ты кто, маска? Дай я тебя поглажу по твоей клыкастой мордочке!

На диво дети уже не радовались и не прыгали вокруг, дергая ряженых за их странные одежды. Кто-то из гостей подсел к фортепьяно и заиграл плясовую мелодию. Маски скакали, вопили, хрипели, рычали, хрюкали. Только дама в прекрасных одеждах и таинственный мужчина, закутанный в покрывало, смирно стояли посреди комнаты.

Владимир решил вмешаться в эту вакханалию:

– Господа гости, угощайтесь и идите с Богом. Здесь дети, им пора спать. Найдите себе пристанище повеселее.

Однако никто не внял. Маски продолжали прыгать и вопить, не забывая при этом опорожнять бутылки вина, щедро расставленные на столике. Владимир повысил голос:

– Любезные господа, не вынуждайте меня прибегнуть к помощи слуг!

Тут женщина в прекрасных одеждах подняла руку, и все смолкло.

– Любезные хозяева, не спешите изгонять нас. Меж нас есть великий маг и предсказатель, который видит сокрытую суть вещей и материи. Задайте ему любой вопрос, и он ответит!

Владимир сердито возразил:

– Не стоит труда. Я настоятельно рекомендую покинуть наш дом.

Он схватил за руку Биби и насильно усадил ее на кушетку. Он уже догадался, кто сия дама и сей великий маг. Однако слова его не возымели действия. Женщина обратилась к человеку в покрывале:

– О, великий чудодей и мыслитель, мудрейший из мудрейших, открой нам тайны этого дома!

Мужчина в восточном покрывале заговорил низким, магнетическим голосом:

– У этого дома есть давние тайны, которые не дают покоя его обитателям.

Соня увидела, как побледнела Сашенька. Стиснув руки, бедняжка мужественно молчала.

– Я не буду уходить далеко, хотя вижу, как много сокрыто для постороннего глаза. Но среди вас есть тот, кто вовсе не то, что кажется.

Соня тотчас с ужасом посмотрела на Дюваля. Тот тяжело и мрачно взирал на происходящее и всякую минуту готов был броситься в драку.

– Кто же он?
– дрогнувшим голосом спросил Владимир, все же поддавшись искушению.

Человек в покрывале обернулся в сторону Дюваля.

– Этот человек, - указал он пальцем на француза.

Раздались удивленные возгласы. Миша вскричал:

– Не смейте обижать моего учителя!

Соня, пристально наблюдавшая за Дювалем, увидела, как он побледнел и стиснул зубы. Однако он не спешил возразить.

– Что все это значит?
– грозно спросил не менее бледный Владимир.
– Что вы хотите сказать, жалкий пророк?

Женщина в прекрасных одеждах вновь подала голос:

– Что же вы молчите, князь?

– Какой князь?
– жалко пролепетала Сашенька, едва не лишаясь чувств.