Дрожащими пальцами я схватила и извлекла из-под рубашки перо феникса. То самое, которое мне дал «старина Фредерик», живущий в доме у матери Хирда.

— Ты видишь, — обратилась я к дракону, стараясь звучать твёрдо и уверенно, — у меня есть перо. Мне его подарил феникс. Он выбрал меня, и от лица твоего собрата по стихии я прошу помощи. Пожалуйста, не допусти геноцида человеческой расы и воцарения Ада на земле.

Я продолжала смотреть на дракона, но только теперь он по-настоящему ответил на мой взгляд. В его глазах читалась вековая мудрость и вековая же усталость. Этот реликтовый ящер был древнее всех нас вместе взятых и, возможно, даже древнее Цитадели. Он чуть склонил голову, будто безмолвно спрашивал о чём-то, а я испытала острое желание преклонить колено. Отдать дань уважения первому Директору Корпуса.

В своих мемуарах первый Директор никогда не рассказывал о себе или о себе подобных — только о Цитадели, о Корпусе, о первых воинах, о магии, о различных расах. Его современники не дожили до сегодняшних дней и не писали мемуаров, так что тайну своего происхождения первый Директор унёс в могилу. И сегодня я невольно раскрыла эту тайну. Он был драконом. Последним драконом в мире.

— Я никому не скажу, — пообещала я, — только помогите нам, пожалуйста.

— Глупая девчонка, — крикнул Директор, — ты ничего не добьёшься, дракон подчиняется только тому, кто его вызвал!

— Это не так, — покачала я головой и поднялась на ноги, держась за заботливо подставленную голову дракона, — он подчиняется Цитадели. А ты больше не являешься её частью. Ты враг и опасная тварь.

Мы с Нэйтом обменялись быстрыми взглядами, и он, как обычно, понял всё без слов. Наградив Директора ударом напоследок, мой киаму в два взмаха огромных крыльев оказался в нескольких метрах от него и теперь просто наблюдал.

Я покрепче ухватилась за костяной нарост на морде дракона и, указав пальцем на Директора, скомандовала:

— Огонь.

Дракон сделал вдох, и я ещё успела уловить выражение первозданного ужаса на лице Директора, прежде чем его скрыл от меня фонтан пламени. Лёгкие у дракона оказались бездонные — пламяизвержение растянулось на долгие полторы минуты. Я даже успела восхититься выносливостью древнего ящера.

Когда поток огня иссяк, нашему вниманию предстал комок обгоревшей плоти, оставшийся от некогда могущественного существа. Меня едва не вывернуло, благо, нечем было — последний раз я ела то ли вчера, то ли позавчера. Я погладила дракона по костяному наросту, за который держалась, подобрала меч и на негнущихся ногах подошла к телу бывшего теперь уже Директора Корпуса. Я не чувствовала ни злости, ни удовлетворения, ни даже отвращения — только гигантскую усталость. Скоро мне снова придётся отправиться в Бездну, но теперь меня будет греть чувство собственной небесполезности — перед смертью я успела сделать что-то хорошее и нужное, помогла своей команде справиться с врагом.

Тело сделало вдох, и я даже пошатнулась от удивления. Директор всё ещё был жив, и смотрел на меня чёрными провалами глазниц с постепенно затухающим пламенем где-то в глубине. Говорить он уже не мог, только хрипло дышать.

— Да ты бессмертный что ли? — сплюнула я.

Ответом мне стал молчаливый пронзительный взгляд.

— Убей его! — раздался истерический крик Катары откуда-то из-за спины.

— Лаааадно, — протянула я, — раз уж мне выпала такая честь, отчего бы ею не воспользоваться.

Я приподняла катану и уткнула остриё демону в грудь — аккурат напротив сердца. Но пока не нанесла решающий удар. Что-то мешало. Я никогда раньше не убивала разумных существ. Только тварей, интеллект которых был ближе к животному, чем к человеческому. Я не позволила Нэйту убить ту девушку с татуировкой дракона, а теперь не могу убить бывшего начальника. Чёртовы понятия нравственности.

— Не могу, — скорее простонала, чем проговорила я, — не могу.

В глазах бывшего Директора засветилось что-то, похожее на торжество.

— Что ты смотришь, — прошипела я, — ты всё равно не жилец, так какая разница, кто тебя убьёт — я или кто-то из моей команды? Как насчёт Катары, а? Смерть от рук бывшей союзницы, как тебе такой поворот?

— Лара, убей его, — устало произнёс Нэйт.

И тут силы покинули меня окончательно. Я почти упала на рукоять, лезвие с мерзким хлюпаньем проткнуло грудь Директора и воткнулось между камней площади. Огоньки в глазах демона погасли. Он умер, теперь уже точно. А мне вдруг стало легко-легко, как не было уже очень давно. Будто до этого момента я лежала в тесном гробу, а теперь кто-то откинул крышку, и я смогла вдохнуть полной грудью. Нэйт поднял меня за плечи и оттащил подальше от тела.

— Нэйт, я могу дышать, — попыталась объяснить я свои ощущения, но вышло не особо понятно.

— Я знаю, — ответил полудемон, убирая волосы с моего лица, — убив его, ты заменила его душой свою. Своего рода ритуальное убийство. Бездне всё равно, кого забирать.

— Это как? — во мне проснулся исследователь, прогнав и параноика, и героя, и всех остальных, вышедших на первый план во время сражения.

— Не знаю, — пожал плечами мой киаму, — это тоже из разряда соулистики. Я никогда не занимался ею вплотную. Самое главное — ты теперь не умрёшь.