— Мне бы вашу уверенность, — Эдвин полез в сумку за едой. — Не думаю, что ночью кто-то из них будет ходить по лесу, а значит куковать мне в разведке до утра. Это не мой вариант, так что я лучше к утру и отправлюсь.

— Разумно, — согласился граф. — Тогда на часть ночи я составлю вам компанию.

Эдвин перекусил, и устроился полулежа в спальнике. Так ему и тепло было, и риск заснуть во время разговора стремился к нулю.

— Расскажете что-нибудь про эльфов? — спросил молодой маг.

— Вам разве не следует оттачивать детали вашего безупречного плана? — усмехнулся граф.

— Я на фоне рассказа буду этим заниматься, — ответил Эдвин и добавил. — Все равно многие детали надо будет после разведки менять. Я же не знаю кто куда ходит и чем занимается. Вдруг они все четверо сидят взаперти и выходят только на огороде поработать?

— Хм, — пришла в голову мысль Эдвину. — Может поджечь хутор, пока они спят?

— А вы уверены что они не потушат пожар в зародыше? — усомнился граф. — А потом одной дружной и злой группой выйдут узнать, кто это такой смелый им дом спалить решил.

— Поджечь и убежать?

— Тот же вопрос, — возразил граф. — Кроме того вы не сможете наверняка знать, что дом быстро загорится, а вы, к сожалению, не маг огня. Кроме того, я попросил бы вас не сжигать хутор, он может пригодиться.

— Чем?

— Не вам, — пояснил граф. — Мне.

— Тогда вернемся к эльфам, — вспомнил Эдвин начало разговора. — Расскажите о войне с ними.

— Война с эльфами… — граф замолчал вспоминая. — Страшная вещь на самом деле. Я был свидетелем многих войн, но война с эльфами была моей первой, кроме того там я участвовал напрямую как воин со стороны империи. Мне не повезло оказаться на войне в тот момент, когда эльфы поняли, что скоро все закончится. Знаете почему армии сдаются, а в войнах заключается мир?

— Потому что дальше одной из сторон сражаться не хватает сил?

— Не совсем так, но пойдет, — произнес вампир. — Страна сдается, выплачивает контрибуцию победившим, расстается с частью земель, и всем, что вынесет армия победителей с собой, но уже через десять-двадцать лет, все вновь сытые и довольные. Тогда было по-другому: эльфы поняли, что проигрывают, и империя однозначно дала им понять, что пощады не будет, и война идет на истребление. Вот тогда стало тяжело. Тяжело сражаться с воинами, которые не надеялись выжить, и ставили своей целью нанести максимальный ущерб силам врага за оставшуюся жизнь. Тяжело видеть, как добивают детей и стариков, насилуют, а потом убивают эльфиек. Война, молодой человек, это не только подвиги. Я бы даже сказал по-другому: подвигов почти нет на фоне всего остального. А все остальное это грязь, кровь и страдания. Вы наверняка видели картины посвященные боям с эльфами, верно?

Эдвин кивнул, не решаясь открыть рот и прервать рассказ графа.

— Я участвовал в некоторых из запечатленных сражениях, и могу сказать, что картины не передают и десятой части всего. Запах кишок, крик умирающих лошадей и покалеченных существ… если вас будут отправлять на войну, то не торопитесь туда попасть. А рассказ об эльфах… как-нибудь в другой раз. Я оставлю вас, но буду неподалеку. На меня не рассчитывайте, я в ближайшее время наблюдатель, и если что могу не успеть вас спасти. Не рискуйте понапрасну и действуйте наверняка.

Эдвин остался один. Обещанного рассказа он не получил, план составлять без разведки он не мог, на ночь глядя идти к хутору не было смысла. Как человек, который не так давно был студентом он сделал самое разумное в такой ситуации — лег снова спать. Ему не мешало, что он недавно проснулся, и уже через полчаса он сопел в спальном мешке. После полуночи он проснулся, развел огонь и просидел возле костра почти до самого рассвета.

— Ну что же, — подбодрил Эдвин себя. — Пора начинать!

С собой он взял лишь небольшой набор лечебных зелий, и суточный запас еды, спальник и большой рюкзак оставил на месте ночевки. Украсть здесь его некому, а бегать нагруженным маг не хотел.

Видимость была плохой, но Эдвин справлялся. Речку он нашел быстро, с трудом переправился, очистил одежду от воды, но вот с хутором пришлось попотеть. На рассвете он все-таки увидел его, и для лучшего обзора забрался на дерево. Листья скрывали его, а маг же, с высоты было только лучше видно.

Через десять минут без движений тело начало затекать и он медленно поменял позу. Еще через двадцать минут ему пришлось опять ерзать на ветке в попытках устроиться поудобнее. Обитатели хутора оказались любителями поспать, и за несколько часов, что Эдвин наблюдал за хутором, движения не было.

Сидеть в засаде оказалось сложнее, чем он себе представлял. Во-первых, это было скучно. Во-вторых, сидеть без движения в неудобном положении было физически тяжело. Через некоторое время Эдвин уже не мог терпеть. Ему хотелось то попить, то в туалет, то почесаться. Усилием воли он себя сдерживал, но вечно терпеть он был не способен. Когда из трубы появился дым он даже обрадовался.

— Наконец хоть кто-то проснулся! — маг вновь замер и внимательно изучал хутор. Несмотря на появившийся дым, обитатели не торопились выходить наружу. К обеду единственное происшествие заключалось в том, что один из магов в черном балахоне сходил в сарай за каким-то свертком, и вернулся в дом. Активное шевеление началось только после обеда. Сначала один из мужчин принялся рубить дрова, через некоторое время появился второй, и взяв в руки двуручную пилу с топором, они вместе отправились в лес. Второй захватил еще и удочку, что предполагало их разделение. Эдвин решил, что стоит проследить и посмотреть что будет. Если они действительно разделятся, то он начнет с рыбака. А если не разделятся, то по ситуации.