Я подхватил скакалку, обрадованный, что она хочет работать со мной.

— Давай закончим занятие и встретимся после обеда, чтобы провести другую тренировку.

После этого наши дни превратились в рутину. Мы проводили физическую тренировку по утрам, а после обеда мы сосредотачивались на контроле её силы. С каждый проходящим днём, её боевые манёвры становились более точными, и она, похоже, меньше стала уставать к концу нашего физического марафона.

Но больше всего меня впечатлил её прогресс с магией фейри. Я не знаю, становилась ли её сила сильнее или у неё получалось лучше ею владеть, но было очевидно, откуда исходила её истинная мощь. Я разрывался между желанием увидеть, что она сможет сделать против истинной угрозы, и надеждой, что ей никогда не придётся вновь использовать её для собственной защиты.

Мы хоть и проводили с Сарой каждое утро и некоторое время после полудня вместе, но мы никогда не разговаривали ни о чём другом, кроме как о её подготовке. И мы не виделись вне часов тренировки, за исключением встреч невзначай по пути. Между нами будто воздвигли стену, и с каждым днём мы всё дальше удалялись друг от друга.

Каждые два дня звонила мама узнать как у меня дела. Каждый раз, когда мы разговаривали, она напоминала мне, что самые сильные парные узы обычно начинались шатко, и Сара изменит свою позицию, если я продолжу быть терпеливым. Я высоко ценил её совет, и не давил на Сару, но казалось, будто Сара медленно ускользала от меня.

И также было совершенно очевидно, что Сара не была счастлива. Видя её с друзьями, я отмечал, что её улыбка не была столь яркой, и она не смеялась. Я надеялся, что предстоящий визит Нейта взбодрит её. Я даже подумывал пригласить Роланда с Питером сюда провести с ней время. Я готов пойти на всё, чтобы осчастливить её.

В субботу вечером я покинул центр безопасности и направлялся в обеденный зал, когда услышал впереди смех. Я замедлил приближение и стал наблюдать, как по главному коридору шли Сара с Крисом, их руки были нагружены сумками с покупками. Крис нёс пакет с наполнителем для кошачьего туалета в одной руке, а в другой — кошачий инвентарь. Он что-то сказал Саре, и она широко ему улыбнулась, впервые за неделю выглядя счастливой.

Я подождал, пока они поднимутся по лестнице и направятся к её комнате, прежде чем продолжил свой путь в обеденный зал. Я был рад, что зал был почти пустым, поскольку был не в настроении для компании. Я схватил тарелку с едой и сел в одиночестве, стараясь не думать о том, что это я должен был отвезти Сару в город. Это я должен был быть тем, кто смог заставить её так улыбаться.

Я настолько был потерян в мыслях, что не заметил, как кто-то вошёл в обеденный зал, пока не услышал шум на другой стороне зала. Я про себя простонал, заприметив Селин, которая брала несколько бутылок воды "Перье" из стеклянного холодильника. Я не разговаривал с ней после возвращения в прошлые выходные, и я предполагал, что она сохраняла учтивую дистанцию, как и все остальные.

Я посчитал, что она пока что не заметила меня, но вскоре увидит, как только развернётся. И тогда...

— Николас, почему ты сидишь один?

Я вздохнул и наклеил улыбку.

— Был поглощён работой. Ты же знаешь, как это бывает.

Некоторое время она молчала, а потом подошла к моему столу. На этот раз сладострастное выражение лица исчезло, сменившись озабоченностью.

— Я слышала о произошедшем. Ты как?

— В порядке. Спасибо за заботу.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? — спросила она без малого сдержанно.

Я махнул рукой на стул, стоявший напротив меня.

— Вовсе нет.

Она поставила бутылки на стол и села, положив руки на колени. Такую сдержанную Селин я ещё никогда не видел, и я не знал, что с этим делать.

— Мне кажется, я должна извиниться перед тобой.

Я озадаченно посмотрел на неё.

— За что?

Она изящно свела брови вместе.

— Если бы я знала, что ты связан, я бы не стала преследовать тебя с момента твоего возвращения домой.

Я начал было говорить, но она подняла руку.

— Пожалуйста, позволь мне закончить. Ты знаешь, меня влечёт к тебе с той нашей недели в Нью-Йорке. Я никогда ровным счётом не скрывала своё желание возобновить отношения с тобой.

Я улыбнулся, не зная как ответить.

— Но знай я что ты связан, я бы не стала так сильно настаивать. Ты был очень благосклонен к моим заигрываниям, и я хочу извиниться за любое причинённое тебе неудобство.

— Ты не должна извиняться. Ты не могла знать, и это не совсем нормальная связь.

Селин протянула руку через стол. Затем она, похоже, передумала и убрала руку.

— Ты в порядке? Прости за назойливость, но счастливым ты не выглядишь.

— Никто никогда не говорил, что связь была простым делом.

— Полагаю нет, но не думаю, что и несчастным ты должен быть.

Я пожал плечами.

— Меня больше волнует её счастье. Для неё это очень нелегко было.

Селин поджала губы.

— Она необычайно молода для связи. Возможно слишком молода, чтобы справиться с этим.

Я рассеянно кивнул, поскольку неоднократно терзался этим же за последнюю неделю.