Я поглаживал её спину и нашептывал успокаивающие слова, пока она прижималась ко мне. Полагаю, она даже не заметила, что мы оба голые. Я ждал несколько месяцев, чтобы прижать её к себе, но слишком устал, чтобы праздновать это достижение — битва с паукодемонами забрала все запасы энергии и большую часть силы. Мне нужно время восстановиться, прежде чем мы продолжим путешествие. Но теперь у нас, по крайней мере, есть безопасное место для отдыха.

Я с отвращением посмотрел на распростертое тело мелкого демона. Кюрекс доставил меня как раз вовремя. Ещё мгновение, и Гвендолин потеряла бы невинность, душу и силу ведьмы. Я хотел возродить ублюдка, чтобы снова убить за извращённые угрозы.

Да, это ад, и подобного следует ожидать, но я не переживу, если что-то случится с Гвендолин. Я хотел обнять, защитить и больше никогда её не отпускать.

Наконец она перестала дрожать и немного отстранилась.

— Прости… — она протёрла глаза. — Я, эм… Я не хотела расплакаться, как девчонка.

— У тебя шок, и ты была на волоске от гибели. И не один раз за последнее время, — заметил я, убирая прядь волос лица и заправляя за ухо. — Никто не упрекнёт тебя за эмоциональный срыв. Тебе просто нужно выплакаться.

— Срыв, верно. — Она попыталась рассмеяться, но издала дрожащий, неуверенный звук. — Но как… Как ты…

— Я расскажу тебе, — пообещал я. — Но сначала давай немного приберемся. — Схватил меньшего демона за мускулистое предплечье и выволок из хижины. Отшвырнул его в сторону, чтобы тела не было видно. Будем надеяться, что начнётся снегопад, который погребёт и разложит его остатки. Не хотелось, чтобы Гвендолин снова увидела его и расстроилась.

Потом я обратил внимание на Кюрекса. Он не нуждался в защите от непогоды, будучи демоническим конем. Тем не менее я потянулся к последним остаткам энергии и призвал для него ведро с теплой кормовой смесью. Также убедился, что он в безопасности по другую сторону хижины, защищенный от безжалостного ветра. Конь хорошо поработал, и я обязательно вознагражу его, когда мы доберемся до моего поместья в Аиде… Когда бы это ни случилось.

Гвендолин разводила огонь в очаге, когда я вернулся. Она вскочила и повернулась ко мне, едва заслышав мои шаги. Она перестала дрожать, но теперь казалась смущенной, скрестив руки на груди и бедрах.

— Эм, привет. — Она посмотрела на мой член, и я понял: она нервничает из-за нашей наготы.

— Прошу прощения, — устало сказал я. — Я скоро призову для нас подходящую одежду, но сейчас нахожусь на пределе возможностей.

— Оу, конечно. Вот, устраивайся у огня!

Взяв за руку, она подвела меня к камину, и мы оба устроились на холодном полу из грубого камня.

— Спасибо, — поблагодарил я, улыбнувшись.

— Конечно. Извини, что мы сидим на полу — на кровати одеяло, но, возможно, оно кишит блохами, вшами или ещё чем. — Она вздрогнула. — Я подумала, что холодная попа лучше, чем демонические клопы, кусающие её.

Я заметил, что она пытается побороть смущение, что согревало мне сердце.

— Согласен, — ответил я. — Очень рад, что ты в порядке, mon ange.

— А я как рада, что ты жив! — воскликнула она, поворачиваясь ко мне. — Как тебе это удалось? Тот огромный демон, которого ты убил, Горлок, сказал, что паукодемоны убили тебя.

— Так всё и было, — тихо сказал я. — Мне пришлось навсегда покинуть тело, чтобы удовлетворить их жажду мести.

— Что это значит? — спросила она, нахмурившись.

Я вздохнул:

— Это значит, что я больше никогда не смогу принять форму змеедракона. Мне пришлось отказаться от неё, а вместе с ней и от большей части силы. Как видишь, меня обобрали до нитки. — Я развел руками, показывая, что голый. — Я не мог даже перенести себя с одного места на другое, что обычно даётся мне также легко, как дыхание.

— О, Лаиш, это ужасно! Мне так жаль! — Её зеленые глаза были полны раскаяния. — И всё потому, что я раздавила паука с мордой бурундука.

— Ты не знала, — устало произнес я. — Моя сила вернется со временем, но сегодня мы останемся здесь, чтобы я смог немного прийти в себя.

— Но тогда… Как ты оказался здесь вовремя? Если ты не можешь телепортироваться… эм, переносить себя?

— Кюрекс, — ответил я. — Он подоспел, когда я отбрасывал змеиную форму паукодемонам. Очевидно, он также вовремя привёз меня сюда.

— Всё верно! — Она вздрогнула. — Тот огромный демон… Он хотел сотворить со мной такое, чтобы добраться до души… — Она посмотрела на меня. — Ты никогда не говорил, что душу можно забрать другим способом, помимо крюка.

— Нет, это просто самый уважительный способ извлечь душу, если такое вообще возможно. — Я нахмурился. — Помнишь, я говорил, что процесс может быть интимным. Это потому что он почти всегда подразумевает секс.

— О… — Она посмотрела на скромно сдвинутые колени. — Ясно. Я не знала.