Глава 49

Первое, что мне вколотили в голову, когда я попал в этот мир: магии Огня не существует. Клан Огня истреблён. Поскольку вколачивал мне это в голову глава клана Огня, один из немногих, обладающих соответствующей магией, у меня не было причин сомневаться. Мелаирим явно знал, о чём говорил.

Но вот теперь всё резко изменилось, и я почувствовал, что психологически к этому не готов. Он что, серьёзно? Вот мы, шайка не пойми кого — убийцы, преступники, беглецы, многожёнцы, развратники, и Огонь знает кто ещё — мы станем ядром клана Огня? С одной стороны, дух захватывает от перспектив. Стоять у истоков новой могущественной политической и магической силы. Причём — САМОЙ могущественной. То, что стихия Огня, при прочих равных, нагибает остальные стихии, ни у кого возражений не вызывало. Вода, Воздух, Земля — всё это стихии созидательные. А Огонь — разрушение. Без разрушения не может быть и созидания, но тут дело в грамотном балансе. И вот баланс-то у нас как раз пошатнулся. И продолжает шататься. И что будет дальше — большой вопрос.

Разбудили и привели вниз Акади и Алмосаю. В гостиной начались прения. Прели, в основном, по поводу главенства, потому что Лореотис категорически заявил, что Мелаирим главой клана не будет.

— Так он ведь, вроде как, уже, — усомнился я.

— Вообще-то нет, — удивил меня Лореотис. — Глава клана — тот, кого признаёт большинство носящих печати. В серьёзных ситуациях достаточно согласия глав родов. В нашем случае практически все оставшиеся маги Огня — здесь. И я лично прибью каждого, кто согласится отдать правление этому безумцу. Когда погиб Анемуруд, нового назначения не было. Двуличный самовольно провозгласил себя главой, но его признавала только Таллена. Мне было плевать, а Убийцам из нашего Сезановского Ордена — подавно.

Мелаирим кипел от гнева. И обиды. Такого поворота он не ожидал от слова совсем. Куда только делось его надменное спокойствие! Он только что слюной не брызгал, убеждая присутствующих в своей исключительности. Я тем временем тронул Зована за плечо и кивнул на выход.

— Чего тебе? — нахмурился он.

— Если хочешь набить мне морду — сейчас самое время.

От такого предложения он отказаться не мог, и мы пошли к выходу. За нами увязались Талли и Натсэ, которые от вина сделались подругами. Боргента проводила нас взглядом. Авелла так и оставалась наверху — убедить её спуститься у нас не получилось.

— Эй! — воскликнул Лореотис. — Придурок! А ты куда?

— А чего я тут? — повернулся я.

— Я, вообще-то, тебя бы рекомендовал.

— Меня? — Я чуть не упал. — Главой клана?! Ты головой, что ли, ударился? Я --- придурок, забыл?

— Покажи мне, кто тут не ударился... — фыркнул Лореотис. — Да только мне руководящая должность даром не далась, Двуличному я бы и кладбище сторожить не доверил, а из наших Воздушных магинь главы получатся... Своеобразные. Вот и остаешься ты. Ты хотя бы с самого начала был магом Огня.

Жуть, конечно, однако в его словах был смысл. Лореотис, который вечно надо мной стебался, вытаскивал из всяких передряг, а порой, будем уж откровенны, и просто подтирал сопли, на полном серьёзе собирался присягнуть мне на верность.

— Я уже не маг Огня... — пробормотал я.

— Не важно. Огонь тебе подчиняется. Поверь, первые маги Огня тоже не были магами Огня.

— Ну... Вы, в общем, ещё поспорьте, — решил я, — а мы пока поговорим.

Мы вышли под рычание Мелаирима о том, что он никогда в жизни не присягнет мальчишке из другого мира. Лореотис в ответ сказал, что лично Мелаирим вообще может спокойно отправляться лесом и болотом. Печати у нас, и никакого особенного смысла в нём, Мелаириме, нет.

— Ну вот, — всхлипнула Талли, когда мы оказались в кухне. — А обо мне он даже не вспомнил... А я ведь тоже маг Огня, и, на минуточку, дочь Анемуруда.

Зован ласково, утешающе приобнял свою благоверную и уставился на меня.

— Ты! После того, как мы говорили на крыльце...

– ... я остановил время, слетал к Боргенте, сделал дело и вернулся, — перебил я. — Так?

— Ты настоящий мужчина, Морти, — сказала Талли. Всё-таки она изрядно нагрузилась.

А вот Натсэ оставалась в полнейшем адеквате. Взяв меня под руку, она сказала в лицо Зовану:

— Морт тут ни при чем.

— Да? Это как?

— Ты слышал Мелаирима. Он шёл по следу Авеллы.

Зован хлопал глазами.

— Не понял... Это как так?

— Обмен телами, — нехотя пояснил я. — Нам... пришлось.

И я рассказал ему краткое содержание предыдущего сезона. Зован слушал с возрастающим интересом, находя объяснения странностям в поведении сестры и меня в те счастливые дни, когда жизнь ещё более-менее напоминала что-то упорядоченное. Дослушав, он... рассмеялся. Сел на стул и ржал до слёз. А потом покачал головой:

— Вот идиоты... А я-то чуть не рехнулся, когда ты приперся ночью и потребовал исполнить обещание...

— Кстати, — заинтересовался я, — что ты ей такое обещал-то?

— Не твоё дело, понял?! — тут же посуровел Зован. — Забудь об этом и её не вздумай спрашивать.

Нет так нет, я что, настаиваю, что ли... Подумаешь, семейные тайны у них.

Сзади послышался судорожный вздох. Мы с Натсэ резко повернулись на месте и увидели стоящую в дверях Боргенту.

— Извини, — сказал я, потупив взгляд. — Ты не должна была вот так об этом узнать.