— Здравствуй, сэр Мортегар. Давно не виделись, — прозвучал глуховатый голос.

Голос был знакомый, но знакомый странно. Он что-то всколыхнул во мне. Возникло такое ощущение, что если я сейчас схвачусь за эту ниточку памяти и начну её разматывать, то вытащу нечто такое, что лучше бы не доставать.

— Кто вы? — спросил я полушёпотом.

— Обойди Огонь и взгляни, — предложил голос, и в нём притаилась улыбка.

Я медленно двинулся по кругу. Костёр был большой и пылал жарко. Несмотря на то, что я был магом Огня, а в данный момент ещё и призраком, близко подойти к нему я не мог. Казалось, ещё шаг к огню, и на мне вспыхнет одежда, загорятся волосы.

— Привык, что Стихии, как несмышлёные щенята, лижут тебе руки? — продолжал всё тот же голос, и теперь он звучал с насмешкой.

Я сделал последний шаг и остановился, увидев того, кто сидел у костра.

— З... Здравствуйте... — пробормотал я, внезапно почувствовав себя нашкодившим ребёнком. Но сидящий у костра человек смотрел на меня без осуждения, с улыбкой.

— Вспомнил? — спросил он.

Я вспомнил. Вспомнил ту ночь, когда меня похитила лягушка. Вспомнил, как раскидал этих безмозглых тварей и бросился бежать через лес. Оступился, упал в болото и чуть не умер... Раньше на этом воспоминания обрывались, и будто чей-то голос нашёптывал мне, убаюкивая любопытство: «Неважно, как ты выбрался. Главное, что ты жив».

Теперь огрызок воспоминания подрос. Я вспомнил, как меня схватила чья-то рука, потянула вверх, и я увидел глаза... Вот эти самые глаза. Этого самого старика в древнем, лишённом всякого цвета подобии халата. Старик сидел, скрестив ноги, прямо на земле, и разглядывал меня снизу вверх. Мне показалось это недопустимым, кощунственным — чтобы он смотрел на меня снизу. И я шлёпнулся на колени.

— Вы, — шёпотом произнёс я, не зная, что сказать ещё.

— Я, сэр Мортегар. Я. И теперь я останусь в твоей памяти надолго.

Я схватился руками за голову, внезапно испугавшись. Он так легко взял и стёр мою память! А ещё... Ну-ка, ну-ка... Ну да! В ту ночь он заставил меня вспомнить моё настоящее имя, вернул исчезающие воспоминания о сестре и моём мире. А потом разом всё это отменил, стёр. Кто же он такой?! Уж не бог ли, которого я призывал, чтобы справиться с Мекиарис?

— Нет, Мортегар, я не бог твоего мира, — покачал головой старик. — И вообще не бог. Я — человек из клана Людей, ты ведь помнишь. И ты состоишь в моём клане. Есть, правда, маленькая загвоздочка: никакого клана Людей на самом деле не существует. Это шутка, которая прижилась, и не более того.

— Но вы ведь существуете? — Я отнял руки от головы. — Те, кого так называют. И... Сиек-тян, Гиптиус...

— Они теперь со мной, — кивнул старик. — И я ими доволен. Эти дети быстро всё поняли.

— Что поняли?

— То, что тебе ещё предстоит.

— Так вы им, наверное, объяснили?

— Конечно.

— А мне?!

— А тебе предстоит дойти до всего самому, — улыбнулся старик.

Офигеть. Я тут что, типа, самый умный?

— Нет, ум — не самая сильная твоя сторона, — разочаровал меня старик.

— А что тогда? — хмыкнул я.

Сухонький морщинистый палец протянулся ко мне и ткнул в левую сторону груди.

— Ага, — дошло до меня. — Ну, допустим.

— Когда твоё сердце поймёт истину, ум не сможет ей сопротивляться. А если рассказать истину для твоего ума, то он-то, может, и поверит, а сердце — взбунтуется.

— Вы сейчас — прямо как моя «Мудрость в день» шпарите, — заметил я, постепенно выползая из-под гнёта страха и благоговения. — Это такая штуковина в магическом сознании...

Я путанно объяснил, как мог, но не вызвал у старика даже тени любопытства. Он лишь пожал плечами:

— Магическое сознание у каждого своё, и каждый изменяет его под свои потребности. Всё то, что оно говорит тебе, уже есть в твоей голове. Всё, кроме древа заклинаний, которое приходит с получением печати.

Ну, как-то так я всё это и понимал. Ничего нового старик мне не открыл. И вообще, пора, по-моему, задаться очевидным вопросом:

— Почему я здесь? И что за дела с призраком? Она вам подчиняется?

Старик погрустнел. Он поднял ветку с земли и потыкал в костёр без всякого видимого смысла.

— Бедняжка Мекиарис никому не подчиняется, — сказал он. — При жизни она подчинялась родителям, но ни к чему хорошему её это не привело. А теперь она только и может, что метаться меж огнями. Не нужно её бояться. Её тянет к тебе и твоей магической супруге, потому что в вас живёт Огонь. И сюда она пришла, потому что я развёл костёр. Призрак — Стихия. Пятая Стихия.

— Что ещё за «пятая Стихия»? И откуда мой интерфейс про неё знает? Вернее, магическое сознание.