Путаясь в ущельях узких улочек, между нависшими громадами домов, Мирослав набрёл на весёлое заведение и попросил у хозяина комнату.

– Мне бы привести себя в порядок, - объяснял он.
– Я шёл по незнакомой улице, кругом лёд и лужи, вот - промочил ноги, упал...

Он указал на испачканное пальто.

Его вид вызвал у хозяина Крафта изумление, но толстая пачка ассигнаций привела его в спокойное состояние духа.

– Мария, проводи пана в комнату, нагрей воды.

Мирослав поднялся по узкой шатающейся лестнице на второй этаж.

Служанка собрала одежду для чистки. Вода нагрелась, и Мирослав с удовольствием поплескался в душе.

Он чувствовал усталость, хотелось спать.

Вытершись насухо и надев какой-то серый халат, принесённый Марией, он побрёл в комнату.

И тут же был схвачен сильными и безжалостными руками. Мощный удар в челюсть свалил его на диван.

Очнувшись, Мирослав застонал от боли и рези в глазах от яркого света, но заставил себя подняться.

В кресле восседал сам пан Мачка. Он смотрел ехидно и страшно своими белёсыми глазами без зрачков. Рядом застыли его гориллы. Зло усмехался горбатый карлик, теребя удавку в руках.

Мачка блестел лезвием длинного ножа.

– Ну что, удалось унести ноги? Запомни – от нас не сбежишь! Ты, гад, избил моих людей и забрал у них оружие. Вот за это я тебе перережу горло!

Мгновенно поднявшись, он взмахнул серебристой молнией ножа перед самым лицом.

Мирослав вздрогнул.

– Что ты хочешь? – спросил он, скривившись.

– Вот это уже правильный вопрос, - сказал Мачка, и все засмеялась. – Так и надо было начинать... Всё бы пошло по-другому.

И он вновь махнул блестящим ножом. Мирослав видел, как лезвие отливало синевой.

– Что – страшно?! – рассмеялся Мачка.
– То-то! Видишь в каком нетерпении Гвельф? У него глаза горят, руки чешутся задушить тебя.

И он кивнул на ухмылявшегося горбуна.

 - Но я не стану тебя убивать, - добавил Мачка.
– И Гвельфу не дам тебя придушить. Пока...Почему? Ты мне нужен.

– Так что тебе нужно? Или ты и дальше будешь тянуть резину? – спросил хмурый Мирослав.

– Липский, ты думаешь я не знаю, кто убил Габора? Это ведь ты его прикончил, не так ли? Или... нанял человека... У вас там были тёмные делишки и с этим бароном, и с его пассией Мирандой. Впрочем, это уже не важно. Это твои дела. А мне нужна эта Миранда. То есть, Виола... Ну ты понял меня...

Мирослав прокашлялся.

– Во-первых, барона Габора я не убивал.

Раздался общий смех. Не обращая внимания, Мирослав продолжал:

– Во-вторых, Виолы меня нет. А если бы и была – я бы её не выдал...

– Ты смотри какой герой! Бабский угодник! ... Ну и где она?

Мирослав опустил глаза.

– Не знаю, она ушла, оставив мне странную записку.

– Где сейчас она находится?

– Понятия не имею.

– Врёшь! – загремел Мачка. – Называй её адрес!

В это время один из людей – высокий и желтоусый подошёл к Мачке.

– Чего тебе Шимон?

Тот что-то шепнул хозяину на ухо.

Мачка убрал нож.

– Ладно. Если ты не знаешь, где она живёт, у тебя будет..., ну скажем, три месяца, чтобы разыскать её и привести ко мне. Меня ты знаешь, как найти. Тебе ясно?

– Но ... это невозможно!

– Значит тебе предстоит сделать невозможное. А денежки твои мы прихватим. Как компенсацию. Ну - ка, Войтех, где наша сумка?

Румяный Войтех с моноклем в глазу сделал шаг к столу.

– Эй, оставьте, мне нужно расплатиться за комнату, - воскликнул Мирослав.

Он сделал резкое движение, пытаясь перехватить ускользающие деньги. Но присутствующие восприняли это по-своему. Словно звери они набросились на Мирослава, заломили ему руки. Бечёвочная удавка Гвельфа охватила горло. Мирослав стал задыхаться.

– Ого, сколько людей на одного? Разве это справедливо? – раздался чей-то голос.

Вся шайка Мачки на мгновение застыла. И тут же блеснули лезвия ножей.

На пороге стоял высокий лысоватый человек в очках с глумливой усмешкой.

На стёклышках очков поблёскивали искорки электрического света. В руке он сжимал трость.

– А тебе чего здесь надо? Кто таков?! – спросил Мачка.

– Убирайся к дьяволу, мерзкий ублюдок! – крикнул Шимон.

– Я вижу, вы умеете не только грабить, но и оскорблять?

К стоящему на пороге мужчине подскочил горбатый Гвельф с тонким стилетом.

– Ты не понял, тварь?! Гроб свой закрой и вали отсюда!

И он угрожающе повёл стилетом.

В этот момент молниеносным ударом трости гость выбил стилет. Тот блестящей бабочкой улетел за шкаф.

– Так-то будет лучше!