Кроме осознания того, что у меня не было шансов выйти победителем. Помимо страха, было еще чувство вины: это заебывало меня все эти годы. Франко не проведет ни одной бессонной ночи. Этот мудила не волнуется о других людях. Он такой же психопат, как и раньше, просто другой тип. Не физически жестокий, а холодный эмоционально. Бедная Мелани перешла дорогу медведю. По крайней мере, я закончил с ним. И полностью выебал себя в процессе, но закончил с уебком, окончательно.

Я сижу совершенно опустошенный, но наконец-то свободный, и проверяю е-мейлы в телефоне. Одно от подруги Вики, Уиллоу...

willowtradcliffe@gmail.com

Mark@citadelproductions.nl

Subject: Vicky

Привет, Марк,

это Уиллоу, подруга Вики. Если ты помнишь, мы пару раз встречались в Лос-Анджелесе. Хочу сказать, что Вики переживает сейчас тяжелые времена. Я не знаю, может ты слышал, но на прошлой неделе ее сестра разбилась в автокатастрофе в Дубае. Вики сейчас в Англии, похороны послезавтра в Солсбери. Я знаю, что вы расстались, но не знаю из-за чего. Она очень скучает по тебе, и я знаю, что будет благодарна, если ты свяжешься с ней в это очень сложное для нее время.

Надеюсь, ты не думаешь, что это самонадеянно или неуместно связываться с тобой вот так вот.

Надеюсь, у тебя все хорошо. Мэтт передает привет, он послушал тебя и начал учиться на сценариста.

Всего хорошего,

Уиллоу.

Всемогущий ебаный Иисус...

Я звоню Конраду, ссылаясь на личную ситуацию. Он груб, но, увы, ему придется одному лететь обратно в Амстердам. Я бронирую рейс до Бристоля и билет на поезд до Солсбери.

Работа окончена — разбогатевший и удовлетворенный Джим Фрэнсис позволяет себе расслабиться и насладиться своим первым полетом в первом классе. Конечно, они балуют тебя. Теперь будет сложно вернуться в эконом-класс. Он отказывается от бесплатного алкоголя, предложенного улыбчивой стюардессой. Думает о том, как бесплатный алкоголь может превратить любую ситуацию в вероятную кровавую баню. Опухший и красный, как помидор, бизнесмен сидит перед ним, неприятный и важный, требовательный к стюардессам. Лицо, которое треснет от одного удара. И эти белые коронки на зубах легко выпадут от хорошего хука в челюсть. Может быть, заточка, как дирижерская палочка, запиханная в пятнистую шею, выпьет шок из выпученных глаз, пока кровь из сонной артерии будет обильно бить струей по всей кабине. Крики и вопли паники, оркестр Джима Фрэнсиса, нет, Фрэнсиса Бегби, оценил бы такие дела.

Иногда он скучает по алкоголю.

Достаточно долгий перелет. Как всегда, затяжной и утомительный. Первый класс делает его более приемлемым, но не меняет сути. Он чувствует упадок сил. Как они пересыхают в нем. В тюрьма он был здоровее. Как люди могут так жить? Рентон: никогда не съебывает с самолетов.

Мелани сидит рядом с ним, нехарактерно резкая. Это волнует Джима Фрэнсиса, так как он восхищается и черпает силы от природного спокойствия и безмятежности его жены. Пока он смотрит фильм, он чувствует, как ее глаза перебегают с Киндела на него.

— О чем ты думаешь, Джим?

— О детях, — поворачивается к ней Джим. — Не могу дождаться, когда увижу их. Мне не нравится так долго находиться без них, даже несколько дней. Я хочу видеть каждую секунду их взросления.

— Мне страшно забирать их домой от матери, зная, что он все еще преследует нас.

— Он, должно быть, уже успокоился, — отвечает спокойно Джим, пока призрак фиолетового лица Гарри, висящего на шланге с высунутым языком мелькает у него в мыслях. — Несмотря на это, у нас все еще есть запись. Он будет вести себя хорошо, увидит свои ошибки, полечится. Я думал, он говорил, что ходит на встречи анонимных алкоголиков.

— Я не уверена.

— Эй! Ты — либерал, должна видеть лучшее в людях, — смеется он. — Не позволяй жалкому, слабому гневу подорвать твои убеждения!

Мелани не в настроении, чтобы ее дразнили:

— Нет, Джим, он одержим! Психически болен, — ее глаза расширяются. — Мы могли бы переехать в Лос-Анджелес. Наверное, даже в Нью-Йорк. Майами. Там отличная арт-обстановка...

— Нет, он не заставит нас бежать, — холодно говорит Джим Фрэнсис голосом, который беспокоит их обоих, будто он из прошлого, о котором они оба отлично знают. Он быстро сменяется на мягкий трансатлантический, споря, — мы не сделали ничего плохого, я не сделал ничего плохого. Санта-Барбара — твой дом. Мой дом.

Определенно, эта поездка в Шотландию вышла насыщенной. Рентон пытался быть, блять, умником, и купить «Главы Лита». Ну, он получил их и за какую цену! Будь осторожнее в своих желаниях, мальчишка Рентс! Джим торжествующе расслабляется, погружаясь в сонливость, выбрав фильм Чака Понса о войне в Персидском заливе. «Они выполняли свой долг», который рекомендовал Спад.

Понс играет солдата военно-морского флота, который бежал из иракской тюрьмы и наткнулся на лагерь в пустыне, где гуманитарные работники находятся в заложниках. Проникнув в лагерь он узнает, что неуловимое оружие массового уничтожения находится там. Он влюбляется в одного из гуманитарных работников, которую сыграла Шармейн Гаррити. Потом — мощная экшн-сцена, где актер свисает с крыла самолета, что доказывает, что Чак не боялся высоты. Но в настоящей жизни важно иметь зеленый хромакей, страховку и каскадеров. Джим уснул сразу после самой запоминающейся фразы Чака, где он говорит иракскому генералу: