Шрифт:
– В том то и дело, что на тебя, – шепотом отвечает она, и я понимаю, о чем она говорит. – Красивое платье.
– Насть, я…
– Я бы сказал, очень красивое платье. – Из-за спины подруги появляется Барашкин и оценивающим взглядом проходится по мне. – Привет, Маруся, отлично выглядишь. Эффектное появление.
От шока хочется спросить, не бился ли он головой, но Настя перебивает:
– Это я ей платье выбирала. Рада, что тебе понравилось.
– Пять баллов.
Фу-у-у-у. Меня будто прокисшим супом облили. Одно дело, когда странный только Обашкин, совсем другое, когда к нему Смирнова присоединяется. Не иначе две бракованные палочки твикс нашли друг друга.
Гадство.
– Я просто промолчу. – Но на всякий случай отступаю назад. Мало ли, вдруг их состояние заразное. – Даже не буду делать вид, что понимаю вас. Но, вообще-то…
– Ой, да. Мы же разговаривали, – перебивает подруга, снова хватая меня за локоть. – Слава, не скучай. Мы пошли сплетничать.
– Чего? – Вот сейчас Настя меня действительно пугает.
– Только далеко не отходите, – кивает этот ненормальный и пристально смотрит на меня. – И, если будут приставать, говорите, что вы со мной.
– Чтобы нас пожалели и отпустили? – считаю до пяти, чтобы до Обашкина дошло, и договариваю: - Шутка. Славян, ты же понял, что я пошутила?
– Маруся, шутница.
– Я понял.
Лучше бы до тебя дошло, что вот так смотреть на меня опасно для жизни. Тетя-танк Обашкина не обрадуется, если ее горячо любимый сыночек пострадает. А угроза так и витает над его башкой. Сейчас как…
Настя отводит меня в сторону, залпом вливая в себя весь сок из стакана. Лезет в сумочку, а я тем временем смотрю на обстановку вокруг. Народа становится все больше и больше, еще чуть-чуть, и кислород закончится. Все красивые. Разодетые, будто не к Обашкину пришли, а на вручение Оскара. Хотя если присмотреться внимательно, то на Славика мало кто обращает внимание. Он со всеми здоровается, ему в ответ лишь кивают и отворачиваются.
Пока я так стояла на одном месте, его раз десять продинамили.
– А это точно все его друзья? – спрашиваю у девушки. Со стороны кажется, что они Обашкина видят второй раз в жизни. В первый он при них в штаны наделал.
– Кто? А. Конечно. Не удивляйся количеству. Слава очень общительный.
Ага. Я заметила.
Настя разочарованно выдыхает и еще раз начинает копаться в сумке. Не иначе клад ищет. Так упорно. Старательно. А я до сих пор не понимаю, чего она добивается.
– У меня лоб блестит? Чувствую, что блестит. Слушай, я сейчас отойду, а ты стой здесь. Никуда не уходи. Марусь, мне с тобой поговорить нужно. Стой.
Она бы меня еще на поводок посадила.
Что с людьми происходит?
Обашкин на меня пялится, Смирнова шарахается. Не удивлюсь, если сейчас сюда баба Валя на коне заедет.
– Почему такая красивая девушка одна? – говорит молодой парень, нависая надо мной. – Хочешь, составлю тебе компанию?
Терпеть не могу, когда кто-то нагло влезает в мое личное пространство. Особенно с таким видом. Будто я прямо сейчас обязана скинуть с себя одежду. Обычно я сразу посылаю таких вот самоуверенных гиен, но сегодня на мне чертово платье и я обещала Смирновой не портить ее вечер.
– Вов, гуляй. Девушка со мной. – Слышу знакомый голос и, о боже, личное пространство снова только мое. Довлатов стоит за спиной, и я не знаю, что он там взглядом показывает парню, но последний не прощаясь двигает в сторону другой девчонки.
– Ну вот. Взял и отвадил моего кавалера.
– Не волнуйся. После такого появления все кавалеры твои.
Вызывайте скорую! Фил так дышит, будто у него тахикардия.
Глава 33
С другой стороны, зачем врачей беспокоить? Это ж им собираться нужно, ехать, потом еще с Филимоном возиться. Не-е-е, кто-то же должен думать о наших медиках. Этим человеком буду я. Добью Довлатова, и дело с концом.
– А тебе-то что? – разворачиваюсь, руки по бокам выставляя. – Расфуфыренные матрешки плохо развлекают, раз ты меня в этой толпе заметил и решил в защитника поиграть?
– Отлично развлекают, но вазу нужно вернуть на место.
Ох, черт.
Он видел, как я пыжилась?
Мамочки. Надеюсь, не слышал, как я при этом кряхтела.
– Не понимаю, о чем ты.
– Серьезно?
– Что ты ко мне пристал? Если говорю, что не трогала твою вазу, значит, я ее не трогала. И вообще, не мешай веселиться. Это у тебя с личной жизнью все в полном порядке, а у меня… Куда ушел этот Вовка?
– Наверно, бывшую свою проведать, – морщась, отвечает он. – Говорят, она с лестницы упала. Официальная информация такая.
– А неофициальная?
– Ты умная, сама все понимаешь.
Фил пожимает плечами, мол, такие вот дела.
А у меня шок. Причем самый настоящий.
– Тогда какого фига ты его пригласил?
– С чего ты взяла, что это я?
– Догадалась. Сам говоришь, я умная. Еще и наблюдательная. Могу с уверенностью сказать, что среди всех присутствующих с Барашкиным общается только моя Смирнова. Ну и ты.