– Сажина! Не порть момент.

Что? Чего сразу Сажина? Я же переживаю. Знаю, как он к обычному щипку относится, а тут прямой удар в нос.

Ух.

Защитник.

Так и хотелось крикнуть: «Это мой парень, поняли?»

– Слава. Славочка, – кудахчет Смирнова. – Довлатов, ты что делаешь? Думаешь, тебе все дозволено? Достал! Сколько можно издеваться над ним? Не надоело? А от тебя, Сажина, я такого не ожидала. Теперь хватай своего ненормального и валите отсюда.

Бабы – дуры. Влюбленные бабы – хуже дур.

И вот какой смысл с такими разговаривать?

– Пойдем? – пожимаю плечами и смотрю на Фила.

Он кивает и снова берет меня за руку.

Не знаю, что в этот момент делает подруга, потому что я не стала оборачиваться.

Мы пошли к машине, но домой ехать я не планировала. Блин, а может, Смирнова права? Может, я все это придумала и испугалась, что подруга в скором времени отдалится от меня? Я до такой степени эгоистка?

– Я ошиблась? Могла ошибиться?

– В Обашкине? Нет. – Рука Фила перемещается на мое плечо. – Он… такой.

– Ты специально так про свадьбу сказал? Чтобы проверить?

– Раньше я не обращал на это внимания. Одинаковые игрушки, компьютеры, телефоны. Что в этом странного? Дальше больше. Квартира, машины, отдых. Копировалось буквально все. Его мать первая заметила и пришла ко мне.

– Зачем?

– Не знаю, – ответил он. – Несла какую-то чушь о тяжкой роли быть на втором плане. Одним словом, бред. Но мне захотелось приколоться. Честно, не думал, что он и правда соберется жениться.

– А почему именно Смирнова? Стоп. Надеюсь, на нее ты пальцем не показывал? Типа, хочу ее взять в жены. Заверните и упакуйте.

Чуть не засмеялась, представляя это.

Эй, и чего он замолчал?

– Так, Довлатов, отвечай: хотел взять Смирнову в свой гарем или нет?

Нет, я точно сейчас отберу у него тачку и по-быстрому сгоняю за сотейником. Что-то мне подсказывает, двух ударов будет достаточно, чтобы Карлсон заговорил. Конечно, после того, как придет в сознание. Уж я-то постараюсь, чтобы он отключился и встретился с апостолом, который объяснит ему, что с Сажиной лучше не связываться.

– На фиг она мне нужна?

– Да кто ж тебя знает? Может, ты фанат Есенина. Общие интересы, один сборник на двоих и томные разговоры под кактусом, – пожимаю плечами, мол, без понятия, что творится в твоей голове, но, если ты сейчас скажешь, что запал на Смирнову, я тебя прибью.

Другими словами: я тебя, гад, вареньем кормила, на груди пригрела, поэтому ты не имеешь права любить мою подругу.

– Филька, не заставляй тетю Марусю тебя пытать. И знай, терпение – не мой конек. Я сначала творю и только потом думать начинаю.

– Я заметил, – не особо весело отвечает он, доставая ключи из кармана. – Кстати, можешь не ревновать. С твоей Смирновой я познакомился в тот же день, что и с тобой. Никогда не думала, что я мог забыть около твоего дома?

– За углом продают вкуснющие чебуреки.

Ради них я бы и в другой город смоталась.

А вообще, я и правда не задумывалась, что Филимон делал на моей территории. Был и был, мне-то какая разница?

– Ради чебуреков только ты готова рвануть неизвестно куда. Я – нет. И… Короче, я думал, что Славик встречается с тобой.

Чего?

Шок. Шок. Шок.

– Со мной? Фил, если ты считаешь, что можешь вывалить мне на уши тонну китайской лапши, а я буду стоять с вилкой и прыгать от счастья, то скажу сразу, ты зря стараешься. Не прокатит. Я – королева отмазок. Меня не проведешь.

– Я и не отмазываюсь, – возражает Фил. – Когда Обашкин сказал, что нашел девчонку, которая разнесла кафе из-за цены на воду, а потом еще и меня стулом прибила, я, конечно, подумал на тебя. Что неудивительно, ведь Смирнову я тогда и не заметил.

Стоп!

Из-за воды?

Этот день я помню. Настя потащила меня в кафе праздновать окончание сессии. Помню, как посмотрела на цены в меню и начала возмущаться. Черт. Хоть убейте, не помню, чтобы Довлатов где-то на горизонте бегал. Уж я-то его бы заметила.

– Не помнишь?

– Как била тебя стулом? Не-а. Наверно, я на такие вещи не обращаю внимания.

– А я обратил. Сидел, никого не трогал, ждал отца. Потом влетела ты и переорала даже музыку со словами: «Если это кафе для пижонов, то и хомячить тут должны одни пижоны. А нормальные люди могут и пирожки на лавочке поесть».