На секунду меня охватила дрожь, что перерастала в нервную судорогу, что сковывает своими крепкими ладонями все тело заставляя оцепенеть от страха. Выключив все краны, я услышала, как открылась дверь моего временного пристанища. Обмотавшись полотенцем, я чуть приоткрыла дверь ванной комнаты и увидела, как в темной спальне загорелся тусклый свет стоящей на прикроватной тумбочке небольшой лампы. Медленно ступая по скрипучим половицам, как можно беззвучно, я подошла ближе к дверному косяку, как вдруг услышала уже знакомый, мужской голос. Такой приятный, но такой одновременно отталкивающий мой пугливый рассудок.

— Не пугайся, мышка. — засмеялся Кеша. — я ведь не могу стучаться вечность.

— Поэтому твой конек вламываться, как морская кобыла? — я села на мягкий пуф скрывая нарастающую, кокетливую улыбку.

— Возможно. — Кеша достал из кармана куртки зубочистку и прикусив ее зубами, не скрывал своего вожделенного, липкого взгляда, коим он одаривал меня, как подарком который ждут на рождество.

Мог ли Кешка быть тем самым излюбленным женщинами британским секретным агентом? Думаю, что до идеала его отделяют килограммов десять в весе. Его плотное телосложение придавало без всякого сомнения мужественности, суровости в лице, как и легкая щетина, что появилась в течении последних трех дней. Было в нем что-то безумно притягательное, что и не снилось любимому Бонду, но и его хищная натура отталкивала робкую меня. Кеша посмотрел, а вернее осмотрел всю меня снизу доверху. Медленный взгляд скользил по ножкам, и заострялся на краю бархатного полотенца, что скрывало заветный бермудский треугольник. Скрывал эту капризную, мужскую прихоть…этот телесный трофей, который Кеша хотел получить, как вознаграждение. Кеша хотел раскрыть тайну, которую скрывает моя промежность для его больного рассудка.

— Я слышал, что ты, мышка, претендент на кресло верховода. — улыбнулся Кеша. — люди шепчутся, что не против отдать свой голос за тебя. Конечно, это если рассматривать между тобой и твоим братцем. — он подошел к высокому столику и наполнил два высоких фужера игристым шампанским. Один из фужеров он протянул мне.

— Что-то я не припомню, когда высказывала желание на криминальный престол над неотесанными бандитами вроде тебя. — покрутив апатично фужер в руках, я отпила глоток и поставила его на тумбочку.

— Неужели? Разве верховодить такими, как я, — он склонился над моим лицо опираясь ладонями о края пуфа. — не шанс ли это, который выпадает лишь раз в жизни? К тому же, — его крепкая, грубая ладонь прикоснулась моего бедра. — не обижу… — прохрипел возбужденным голосом Кеша.

— Кажется, здесь больше ты метишь на эту роль. — улыбнулась я позволив ему потереться колючей щекой об мою.

Мерзопакостность — его клише. Я не маленькая, и выдержать под натиском такого прожигающего давления могу, хотя это безумно сложно. Кеша знает, что умеет возбуждать. Это я почувствовала от наглого прикосновения. Этот мужчина умеет сводить с ума, умеет блаженностью наполнять изнутри. Ночь с ним способна изменить весь твой привычный мирок, который покажется тебе катастрофически серым. Он позволит тебе сгореть в его руках…и, хотя принадлежал он к типажу тех мужчин, что после секса не перезванивает, но это мгновение чувственного, грубого секса ты запомнишь навсегда, как нечто по-настоящему прекрасное, как нечто невероятно взрывное, доводящее мурашки до кончиков пальцев твоих ног…он обрубит твои корни, и черт возьми, но подставить дуло ко лбу есть ты попросишь его остаться на ночь. Кешка не соблюдает дистанцию тел, он робкий на душу и доверие, но женские, лохматые хвостики ловит с закрытыми глазами. Можешь даже не пытаться окропить его святой водой…ладан его не прогонит…распятье не отпугнет. Только он в уплату своей любви заберет твоей сердце обременяя робкую, женскую натуру на тоску.

— Ты знаешь, а ведь твоя мать обожает плохих парней. — улыбнулся Кешка опрокинув шампанское одним глотком. — я знаю это точно, мышка.

— То моя мать, но только я не такая. — прошипела сдерживая нарастающую злость я.

— Почему ты так бежишь от сущности? — удивился он.

— Я? Просто не хочу повторить ошибок. Это бы меня сломало. — вздох.

— Ты считаешь, что встречаться с такими, как я это…

— Это нарушение кодекса и морали, а моя мать не святоша. Она отбила далеко не одного мужчину. Это ее совершенно не красит. Как гласит легенда о моем отце, то она отбила его у любящей жены чисто ради своего каприза, а когда дело дошло до беременности, то она, словно краб попятилась в свой панцирь выставляя в защиту уже сваренные клешни. Трусливая дрянь…

— Тише… — улыбнулся Кешка. — не стоит из-за этого трепать свои нервы.

Я была на пределе. Меня трусило от того, что Кеша пытался внушить мне все те мысли, которые я гоню как можно дальше. Это неправильно, но каждое его слово пропитано чем-то липким. Словно прослойка замороженного невкусного маргарина между двумя частичками застывшего, сладкого безе. Если я не хочу путаться с плохими парнями, то я не буду этого делать, но Кеша же, словно всячески намекает на свою кандидатуру идеального любовника. От чего мне, откровенно говоря, не по себе. Мерзавец. Ему удалось пошатнуть мою уверенность.

— А вообще, с чего такая забота? — спросила я снимая полотенце с волос. — можно подумать, тебе что-то перепадет с этого.

— Перепадет. — улыбнулся хищно Кеша.

— И что же? — на секунду я замерла.

— Это нельзя измерить деньгами. — спокойной ответил мой собеседник покусывая нижнюю губу.

Я сделала шаг ему навстречу. Я сделала этот первый шаг. Я подошла ближе…протянула к нему свою дрожащую кисть. Кеша резко сжал ее своей крепкой, грубой ладонь, и я вздрогнула. Кешка…мои глаза словно открылись…Человек, который знает меня ровным счетом сутки, уже мечтал о свадьбе со мной, о крепком жизненном союзе. Я почувствовала, как он хотел совместную старость, но в этих мыслях бандита напрочь отсутствовали дети. Бессонные ночи полные страсти, дикого животного секса, но только за рамки удовольствия это дальше не выходило…

— И как же это получается, Кеша. — произнесла шепотом я.

— Разве это достойно осуждений? Хочу быть с самой шикарной женщиной из всех, кого знаю.

— Если это так, то почему ты хочешь меня на месте своего верховода?

— Ты человек, который достоин его занять. Ты не просто девушка, которая вылезла из черт пойми откуда, и сейчас желает власти. Ты друга, и я вижу это без «магического» зрения.

— Кеша, я обычный человек. — мягкая улыбка расплылась на моем восторженном лице.