Алекс массировал меня изнутри одним пальцем, затем присоединил второй, продолжая при этом поглаживать клитор.

Я смотрела на него, словно заворожённая. Послышались развратные хлюпающие звуки, мои стоны стали громче. Я была очень близка. Дыхание стало рваным, и я всё же зажмурилась, приготовившись улететь высоко.

Но Романов резко остановился. Он убрал руки, а я позорно захныкала, рвано прошептав:

— Алекс, пожалуйста…

— Нет, Маша, — услышала уверенный ответ, — сегодня ты будешь кончать от моего члена.

Я не заметила, когда он снял брюки. Лишь почувствовала сильные руки на своих лодыжках. Алекс потянул мои ноги вверх, согнул их в коленях, широко разведя в стороны, и резко вошёл в меня на всю длину.

Я вскрикнула, смяв в ладонях простынь.

Романов замер. Он не двигался несколько секунд, показавшихся мне вечностью, и я начала нетерпеливо ёрзать.

Алекс с шумом втянул воздух.

— Посмотри на меня, Маша.

Я опять послушно исполнила его приказ.

— Тебе не больно?

Я снова захныкала, ёрзая на матрасе, и мотнула головой.

— Нет, Алекс, не больно. Чёрт, давай скорее.

Романов довольно усмехнулся, отпустил мои ноги, которые я тут же обвила вокруг его талии, и наклонился, всосав правый сосок. Я протяжно застонала, и в этот момент Алекс почти полностью вышел из меня и снова с силой толкнулся внутрь.

Я вскрикнула.

Я не обманула. Я испытывала лишь небольшой дискомфорт, но он с лихвой покрывался невероятным ощущением близости и наполненности.

Романов продолжал пытать меня сильными, но медленными толчками. Я извивалась под ним, словно уж, то сминая простынь, то цепляясь за его руки, на которые он опирался по обе стороны от моей головы.

Стоны становились всё громче, звуки ударов плоти о плоть были слышны всё чаще. Алекс оттолкнулся от кровати, взял меня за бёдра и потянул ближе к себе, ускоряясь.

Внутри словно закручивалась спираль. Романов гладил мои бёдра, с силой сжимал их, ласкал живот, грудь, пощипывал соски.

— Блядь. Давай, Маша. Кончай, — прорычал Алекс, усиливая фрикции, и я снова послушалась.

Выгнула спину, закрыв глаза, и кончила с громким протяжным стоном. Тело дрожало, я задыхалась. Перед закрытыми глазами засияли звёзды, а Алекс продолжал вдалбливаться в меня, продлевая моё удовольствие.

Через несколько бесконечных секунд я обмякла на кровати, пытаясь выровнять дыхание. Романов ещё несколько раз с силой толкнулся в меня и, резко выйдя, кончил мне на живот с хриплым рыком.

Алекс тяжело дышал, а я не могла пошевелиться, до сих пор не осознавая, что только что произошло. Это было невероятно. Я не знала, что так бывает. Слышала, что многие девушки испытывают большие трудности в сексе, не получая оргазм. А я сумела со второго раза. Да так сильно, что чуть не умерла от наслаждения.

Наверное, всё дело в партнёре. Или в чувствах. Ведь я люблю его. Так сильно, что хочется плакать.

Романов, выровняв дыхание, расцепил мои ноги, всё ещё скрещенные на его талии, и аккуратно поставил на пол. Лёг рядом и взял меня за руку.

— А я всегда думала, что у меня ноги короткие, — сказала то, о чём думала, всё ещё пребывая в лёгком шоке. Обнимать ими Алекса оказалось на удивление удобно.

— У тебя охуенные ноги, Маша, — последовал незамедлительный ответ.

И мы тихонько засмеялись.

Через пару минут Алекс поднялся на ноги и скрылся в ванной, но вернулся через несколько секунд с мокрым полотенцем, которым вытер мой живот и бёдра.

Он проявил заботу, вызывая щемящее чувство нежности и острое желание разрыдаться от счастья. Боже, когда я успела так влюбиться?

Не знаю, как долго мы просто лежали в обнимку. Я удобно уместила голову на широкой груди Алекса, а он гладил мою спину, перебирал рассыпанные по плечам и подушке волосы, пропуская их между пальцами.

В сон не клонило. Во-первых, я выспалась в общаге. Во-вторых, адреналин всё ещё не отпускал.

Было так комфортно просто молчать рядом с Романовым. Вдыхать аромат его кожи, ощущать перекатывающиеся мускулы под своими ладонями, чувствовать спокойное дыхание под щекой.