– Я и есть альфа, - ответил все еще шепотом.

– Нет. Сейчас ты просто меховой коврик у ног Кристин Хэнсон. Ничего не видишь и никого кругом не замечаешь. У тебя одни тусовки в голове, - Бартон развернулась ко мне всем телом. – Ты даже не знаешь, что произошло у бассейна, верно? Он бы…

– Кэмерон взрослый мужик, и оказался в такой ситуации благодаря собственному идиотизму. А ты – маленькая, глупая девчонка. Рисковала собой…

– Я не рисковала! – сжала вдруг она кулаки. – Отдача бывает всегда, и мне она ничем не грозит.

– Ты дрожала, была холодной, как труп, у тебя посинели губы!

– Ты тупой?! – вдруг проорала Эмили прямо мне в лицо. – Все. Было. Нормально. Так, как и должно было быть. Чужая снятая болячка всегда зеркалит на целителе, но если она не смертельна, то мне всего лишь грозит обморок и временные симптомы.

– Кэмерон не стоил даже этого, - сжал я ее плечи. – Ему давно пора вставить мозги на место.

– Не стоил даже этого? – переспросила Эмили. – А я, значит, стою?

– Ты же знаешь, насколько ценна для стаи, - склонил голову набок, сощурившись.

– Ни хрена ты не альфа, Джефферсон, - провела она рукой по волосам, закрывая глаза.

– Поспорим?
– выгнул бровь.
– Если я когда-нибудь стану альфой этой стаи, ты выполнишь любое мое желание.

– Договорились, - зло сверкнула мелкая глазами. – Но я бы на это не рассчитывала.

Захотелось придушить заразу, рычание снова вырвалось из горла.

– А вот и не подеретесь, - раздалось шутливое от двери. – Я принес тебе чай и шоколад, детка. Темнее моей души, к сожалению, ничего не нашлось. Но я взял самый темный в доме, - Артур оттеснил меня плечом и поставил поднос рядом с Бартон. – Будь хорошим волком, Марк, сядь в кресло.

– Спасибо, Арт, и не называй меня, деткой, пожалуйста.

– Как скажешь, милая, - ослепительно улыбнулся Колдер. – И спасибо тебе, ты нас всех сегодня очень выручила.

– Учись, Джефферсон, - многозначительно бросила Эмили, отпивая из чашки.

– Мне надо выйти, - бросил через плечо, направляясь к двери. – Я придушу ее, если останусь, - и я шарахнул дверью.

Внизу все было по-прежнему: народ продолжал накачиваться пивом, крутить задом под оглушительные басы и заниматься всем тем, чем обычно занимаются на вечеринках.

Кэмерон сидел в гостиной на диване и на внешние раздражители не реагировал.

– Я надеюсь, тебе хватит мозгов не распространяться о том, что произошло у бассейна, - остановившись рядом, проорал я. Волк заторможено кивнул. Я постоял возле него еще несколько секунд и уже хотел развернуться, чтобы уйти, когда мне в спину влетела Кристин.

– Марк! – крикнула она, обнимая руками за талию. – Ты где был? Арт тут целое представление организовал, толкая речь о вреде алкоголя и безопасном сексе. И, судя по его виду, до этого он искупался в бассейне.

– Головастик, - я вытянул подругу из-за своей спины, поставил перед собой, - проветриться ходил. А Арт… Ну, что с придурка взять?

– Этот придурок – твой лучший друг, тем не менее, - хитро улыбнулась мелкая.
– Ладно, пошли танцевать, - Крис схватила меня за руку и потащила за собой в толпу, - а то ты что-то какой-то невеселый.

Да уж, будешь тут веселым.

Я тряхнул головой пару раз, замерев и задержав нашу процессию.

– Ну же, улыбнись, Марк, - Кристин снова обернулась ко мне, всматриваясь в лицо.
– Или что-то случилось?

Она была в джинсах и цветастой маечке, каштановые волосы убраны в высокий хвост – такая же, как всегда, и в то же время сегодня почему-то другая.

– Все отлично, головастик, - улыбнулся в ответ.
– Пошли, - и уже самостоятельно потянул Хэнсон к беснующейся толпе. Кристин скакала вокруг меня, как заведенный заяц, прыгала, улыбалась, корчила рожи, заставляла кружить ее и поддерживать. Хмель все еще был в ее глазах, а поэтому я строго следил, чтобы дальше пила она только сок. И постепенно все вернулось в норму. Головастик всегда знала, как поднять мне настроение.

Мы пропрыгали с ней песен десять, когда мелкая наконец-то утомилась и потянула меня в сторону кухни.

– Я хочу содовой! – прокричала она, снова потянув меня за руку. – И чипсов.

– Обжора, - усмехнулся в ответ.

– Ничего я не обжора, я растущая волчица, и мне нужны калории, - повернулась Хэнсон ко мне лицом, сжала мое правое запястье в обеих руках, продолжая идти на кухню. Она раскраснелась, из хвоста выбилось несколько прядей, а улыбка была такой, что вполне могла ослепить.