Даже в полутьме и сквозь разводы маскировочного карандаша было видно, как у Чубарова побелело лицо.

– Живы?
– севшим голосом спросил Михаил.

– Не волнуйся, с ними все в порядке. Вот,. мы со святым отцом за вами отправились.

– Дениса нести придется, - озаботился Филонов.

– А где Антон?
– отец Арсений покрутил головой.

– Мы с ним почти в самом начале расстались, - нахмурился Чубаров.
– Он по дуге пошел, через сады к площади...

– Один?
– хрипло спросил Влад.

– Да...

– Хреново... ДШК на площади Арсений накрыл, Виталька совсем в другой стороне действовал. А третьего гранатомета я давно не слышал.

Филонов с Чубаровым переглянулись. Они не имели права отпускать Соколова в автономный рейд. Понадеялись на лучшее, не сообразили в запале боя. И теперь каждый винил себя за то, что позволил Антону уйти.

– Надо искать, - жестко заявил Никита.

– Обязательно, - кивнул Рокотов. Приблизительно в километре послышался звук разрыва.

Владислав оглянулся на горную гряду. В верхней трети зубчатой стены угасал огонек. Через несколько секунд у подножья горы вспыхнула световая точка. Следующая появилась совсем близко к вершине, на маршруте отхода казачьего отряда.

– Это еще что такое?
– удивился отец Арсений.

– А то!
– зло бросил биолог.
– Расслабились, решили, что победили! Идиоты мы все. Про чеченские доты забыли. А там тяжелого вооружения - завались. Как рассветет, нас на фоне скал и перестреляют!

– Трендец, - констатировал Филонов.
– Допрыгались...

– Не совсем, - Рокотов поднес рисованный план аула к самому носу.
– Есть одна мысль...

Влад ужом протиснулся под передней осью бензовоза, запрыгнул на подножку и медленно приоткрыл дверь кабины.

Его маневра никто не заметил.

Рокотов лег на сиденье, втянул ноги, ощупал замок зажигания и мысленно выругался. Ключа не было и в помине.

От зарослей на краю площади к амбразуре ближайшего дота протянулась огненная полоса. Граната вошла точно в прорезь, стукнулась о шершавый бетон и разорвалась, израсходовав почти всю свою энергию на разрушение арматурной сетки, которой была прикрыта позиция пулеметчика.

Стрелок не пострадал и открыл шквальный огонь по кустам.

"Вот непруха!
– огорчился Владислав, отрывая низ пластиковой крышки, скрывавшей за собой переплетение проводов.
– Как бы батюшку раньше времени на встречу с его непосредственным руководством не отправили... Та-ак, черный, два красных и белый... Черный - это масса. Трэба удостовериться...
– Биолог послюнявил палец и приложил к оголенной жиле. Кожу кольнуло.
– Есть!
– Правая рука ощупала набалдашник рычага коробки передач.
– Ну, далеко нам не ехать..."

Пулемет разразился длиннющей очередью и умолк.

ГМ-94 ударил совсем не с той стороны, откуда ожидали чеченцы. Пока стрелок поливал свинцом темные заросли, отец Арсений и Миша Чубаров успели перебежать по свежевырытой траншее на полсотни метров ближе, устроиться за земляным отвалом и оттуда отправить две гранаты точно в середину крайней левой амбразуры.

В зеркале заднего вида Рокотов увидел белую вспышку пламени, охватившего полукруглое бетонное строение. Тут же сдетонировали выстрелы к АГС-30, и половина коридора, ведущего к центральному помещению подземной крепости, была иссечена сотнями осколков. Пятеро боевиков погибли мгновенно.

Влад соединил провода, выжал педаль сцепления и рванул рычаг коробки скоростей. Мощный мотор натужно взревел, и тридцатитонная махина пошла назад, ломая хлипкий забор и раздирая землю грубыми зацепами всепогодных шин. Бензовоз медленно перевалил через сваленные во дворе доски, прокатился через двор, проломил штакетник, ограждающий соседний участок, и остановился, ткнувшись задним бампером в стену дота.

Рокотов, не выключая мотора, вылетел из кабины, обежал грузовик, сорвал с креплений ребристый шланг и засунул его в зияющее чернотой отверстие. Перебросил два рычага на пульте управления насосом, расположенного под жестяной крышкой над сдвоенными задними колесами, и со всех ног бросился наутек.

Внутрь укреплений помчалась мощная струя солярки, поступающая через шланг двадцатисантиметрового диаметра со скоростью двести литров в секунду. Спустя полминуты под землю вылилось уже пять с четвертью тонн маслянистого разогретого топлива. Бросившиеся в коридор трое подручных Гареева отступили назад и, задыхаясь, рванулись на склад, где среди всевозможного барахла хранились и порошковые огнетушители.

Поток солярки свернул направо и прокатился под небольшой уклон ко второму доту, по пути отрезав набившимся в прямоугольный зал людям дорогу к единственной двери наружу...