— Арнаэль, не шали! — пригрозила, когда пальцы двинулись к животу и ниже.

Ласки стали требовательнее и грубее. Совсем не в духе моего жениха. Это меня насторожило. Открыв глаза, увидела неясный силуэт мужчины. Солнечный лучик упал на его лицо, и я узнала Эйнуринена. Сладкая мука продолжалась тем временем.

— Прекрати! — попросила я. — Хватит!

Мужчина меня будто и не слышал. Кое-как отпихнув от себя его руки, отползла на другой край постели. Нижнее платье не могло скрыть меня от пронзительного взора эльфа.

— Тебе же понравилось, — резюмировал простую истину целитель.

— Убирайся! — краснея, произнесла я. — Я буду кричать. Я позову жениха.

— Жениха, что приходит поздней ночью и уходит с рассветом? — усмехнулся Эйнуринен. — Удачи, Ивет!

Он подхватил с пола свой целительский белоснежный плащ и оставил меня в полном одиночестве. Первым делом я проверила колыбель Арнасэля. Но вместо малыша там лежал знакомый мне кот.

Вчера я лично укладывала Арнасэля спать! Вчера он как никогда исследовал замок. Украли. Забрали. Нет! Я его найду.

Не заморачиваясь с одеждой, первым делом принялась за обследование замка. Пустые комнаты мелькали чередой. Замок будто вымер.

Каково было мое удивление, когда я увидела Арнаэля, который вместе с сыном разрисовывал белые шторы! Оба, измазанные в краске, оба, с улыбками до ушей, оба словно дети. Да, один из них ребенок. Но искреннего веселья я давно не видела на лице своего жениха.

— Чем вы тут занимаетесь? — спросила я. От неожиданности Арнаэль вздрогнул, а Арнасэль уставился меня.

— Рисуем. Присоединяйся! — ответил жених. Его одежда, похожая на разноцветный водопад, съехавшая корона вызвали мой смех. — Только Галанэль не говори, иначе она меня покусает.

— Я хочу поговорить о целителе, — проговорила.

— А что с ним не так? — удивился Арнаэль.

Мне не дали ответить. Арнасэль, взяв побольше краски в свои маленькие ручки, кинул в меня комочек. Краска расползлась по нижнему платью. И завязалась новая битва. Мебель стала на защиту от реки разных цветов. Естественно, она пострадала.

Услышав смех и крики, к нам присоединились Итанаэль и Мира. Они активнее всех, наколдовав ещё краски, стали измазывать всех, кто попадался под руку. Арнасэль, главенствующий над безумием, то ходил, то ползал, но попадал под обстрел. Скоро на нем не осталось ни одного чистого места. Взрослые превратились в детей.

Веселье достигло пика, когда Арнаэль, стараясь защитить меня, снес стул и неудачно приземлился на пол. Я полетела вслед за ним, оказавшись сверху.

— Хорошая поза, — заявил мне жених.

— Я испугалась, когда не нашла Арнасэля, — любезно напомнила ему.

— Прости, — улыбаясь и совершенно не раскаиваясь, произнес Арнаэль. — Он выбрался из колыбели и пополз исследовать замок. Я не смог оставить его одного.

— Не пойму, — задумчиво проговорила я. — Откуда краска?

— А… это! — махнул рукой Арнаэль. — Мать хотела пригласить семерых работников, чтобы они заменили витражи.

— Голубки, вы не одни! — смеясь, сказал Итанаэль.

— Кто бы говорил, — возразила я.

Игра стала снова набирать обороты. Испачканные, измазанные, похожие на пугало, мы веселились. До тех пор пока Арнасэль не утомился и не захныкал, прося о еде и сне.

Вы бы видели лицо Галанэль и остальных, когда мы вошли в столовую! Недоумение, неописуемый ужас. Но мне не до этого — Арнасэль требовал поесть, начиная орать как резаный поросенок.

— В чем это вы? — не удержалась от вопроса Галанэль.

— Краска, — произнесла Мира.

— Арнаэль! — закричала эльфийка. — Арнаэль.

— Я здесь, мам, — сказал глава рода.

Галанэль уже намеревалась отчитывать нерадивого отпрыска за расходование материалов. Но появился Эйнуринен, словно цветок зимой. Выглядел он не ахти. Серое лицо, черные круги под глазами. А сами глаза… из зеленых превратились в черные! Волосы белесого оттенка стали грязными и походили на сосульки.