— Чем займёмся? — наконец-то прекратив демонстрацию хороших манер, и всё так же степенно потягивая травяной чай, поинтересовался мужчина.

Знала бы я: чем? В теории-то не раз все обдумала, а на практике… На практике, я только сейчас осознала, что придуманная мною программа адаптирована под того, к кому уже имеется симпатия… Да что уж там? Я невольно продумала всё, чем хотелось бы заняться вместе с Славиэлем. Вот только кроме него у меня ещё четыре кандидата, и не факт, что запланированная мною программа мероприятий им подходит.

— Для начала утренняя прогулка, — произношу, и чувствуя, что срочно нужно как-то снять стресс, добавляю: — И купание в озере.

— Что?! — ошарашено вылупился на меня Леонель.

— Что опять не так? — выдохнула я, ведь если у него на самый невинный вариант такая реакция, то про прочие мои планы вообще стоит позабыть.

— Делать мне больше нечего, как только в озеро лезть, — негромко, но вполне отчётливо буркнул он.

Ух ты ж, у нашего прЫнца водобоязнь? Или он просто-напросто плавать не умеет? А может боится, что потом его идеальная причёска не столь идеальной станет? Или складочки на одежде появятся? Травинки к камзолу прилипнут? Хм… Ну для меня-то это только на руку, не придётся облизываться, глядя на его почти обнажённое тело. Всё же как ни крути, пусть он меня и бесит, но в тоже время внешне очень даже привлекателен, поэтому, чем меньше соблазнов, тем лучше.

— В воду тебя никто тащить не собирается, — успокоила я. — На берегу посидишь, подождёшь. Там лавочка есть.

Мужчина фыркнул, а мне вдруг стало смешно — чего я волновалась, его судя по всему всё это напрягает не меньше моего. Понять бы ещё, зачем он вообще во всё это ввязался? Ладно при Катрионе, но сейчас? Хотя… Он тут из-за приказа Его Величества, а тот о подмене не в курсе, ну, по крайней мере хотелось бы на это надеяться. Получается, Леонель здесь вынуждено! Но что тогда значили слова про его место за столом? Или это он так поделился своими взглядами на жизнь в целом, а не на наши взаимоттношения в частности? А чего тогда пыхтел как паровоз и злился? Из-за того, что хотел бы видеть на моём месте настоящую Катриону? Тут уж, увы, ничем ему помочь не могу.

Мысли мыслями, а мы уже идём по парку. Раздражение постепенно улетучивается. Вид вокруг — потрясающий, а вот у Леонеля — откровенно скучающий. Чем ему парк не угодил? Может он навевает какие-то воспоминания? Или гость предпочёл бы заняться чем-то другим? Тогда мог бы и озвучить свои желания.

Надо бы заговорить, но что сказать? Иду, нет-нет поглядывая на молчаливо топающего рядом мужчину. Да уж, не моё это, вот однозначно не моё! Внешне — да, а в остальном — бррр.

В следующий миг, между окружающими дорожку кустами сверкнула искрящаяся в утренних лучах солнца гладь озера. Я словно зачарованная шла к воде, не видя и не слыша ничего вокруг. Сама не заметила, как на ходу скинула одежду. Вот босые ступни коснулись полоски влажного песка. Потом воды. Тёплая.

Как всегда, стоило очутиться хоть пальчиком в воде, и я начала оживать. Злость окончательно растворилась, уйдя в небытие, а ей на смену пришло состояние неги. Отдавшись ощущениям, я напрочь позабыла о спутнике. И думаю, вспомнила бы не скоро, но сначала в мою личную идиллию вторгся странный крякающий звук, а потом, сзади послышался плеск воды, будто кто-то бежал следом за мной. Начала поворачиваться и…

Меня едва ли не раздавили в объятиях. Губы тут же, болезненно смяли жёстким, подчиняющим поцелуем, только-только начавшая зарождаться от контакта с водной стихией нега вмиг испарилась и ей на смену пришёл гнев: " да как он смеет?!" Попыталась вывернуться, оттолкнуть, да куда там мне? Силы, мягко говоря, не равны. На моё мычание внимание тоже никто не обратил. И только я примерилась, как бы посмачнее укусить наглеца за губу, тут же объятия стали почти невесомыми и в контрасте с прошлыми ощущениями, какими-то неимоверно ласковыми, и… Приятными. Поцелуй тоже изменился, стал нежным. Леонель даже оторвался от моих губ на мгновение, чтобы покрыть поцелуями моё лицо, шею. И черт бы его побрал, это было ошеломляюще приятно! Настолько, что я напрочь позабыла про сопротивление.

Минута, другая, и я потеряла контроль над собой — обвила мужчину руками и ответила на поцелуй. Всё плыло перед глазами, терялось за слепящими бликами воды. И казалось больше нет никого в этом мире, только этот сводящий с ума мужчина, его губы, руки, сильное тело, и более чем красноречиво кричащее о желаниях своего хозяина, упирающееся в мой живот вздыбленное мужское достоинство. Уже не отдавая себе отчёта в своих поступках, обвила Леонеля ногами, взобралась повыше, невольно застонав, когда он сделал шаг вперёд и вода коснулась бёдер и разгорячённой от желания плоти между ног. Ответом мне послужил довольный рык сжимающего меня в объятиях самца.

И снова были поцелуи, бесстыдные ласки, краем сознания улавливала чьи-то сладострастные стоны. Чьи — мои? Его? Не знаю.

Сколько времени мы придавались этим играм? Не знаю. Остановились бы, не появись на берегу Клаус? Ой, вряд ли.

— Кх-кх… — в очередной попытался привлечь наше внимание парень.

— Хррр… — выдал в ответ Леонель.

Столько в этом звуке было от животного, что я вмиг словно протрезвела. Окружающий мир снова стал вполне реальным, и я наконец-то оценила своё, мягко говоря, плачевное состояние: совершенно голая, обнимаю тоже не слишком уже и одетого мужчину. Да и объятиями это сплетение тел назвать сложно. И к всё ещё полыхающей от желания промежности подозрительно плотно прижимается возбуждённый мужской орган.

Боги, да я же едва девственности не лишилась!

Уж не думала, что подобное случится, после не самого приятного знакомства, но сейчас я была искренне рада видеть Клауса, и да, благодарность моя не знала границ. Чего об испепеляющем парня взглядом Леонеле нельзя сказать.

Этот, разве что гром и молнии взглядом не метал. То ли не мог, то ли сдерживался, но главное, и меня из своих загребущих ручек не выпускал. Хорошо хоть наваждение ушло.

Кое-как выпутавшись всё же из объятий, встала на слегка подгибающиеся от минувших переживаний и нахлынувшего волнения ноги. Благо, здесь было уже достаточно глубоко и всё что требовалось, в теории, "скрывала" вода… Прозрачная такая. Чистая. Отчего у бедного Клауса едва глаза из орбит не вылезали. А у Леонеля… Уууууу… Лучше бы я в его сторону вообще не смотрела. Опять в животе эти проклятые бабочки! Он и одетый впечатляюще выглядит, а уж обнажённый, с бисеринками воды на смуглой, лишённой лишних волос, коже…