Выдав орочье ругательство, он мотнул подбородком в сторону двери, за которой мы через пару секунд понятливо исчезли.

По коридору прошагали быстро, держа разбитые физиономии «кирпичом», словно так и должно быть. Ну, да и пара малознакомых сотрудников фирмы глянули лишь мельком, не рискнув донимать расспросами. В переговорке Макс тут же выставил бутыль на стол, а я закрыл дверь и опустил жалюзи на звуконепроницаемую прозрачную стену, отгораживающую от конференц-зала.

Макс потер подбородок и несколько непонятно пробормотал, открывая вмонтированный в стену холодильник:

– Ну почему бы и не принять напоследок…

– Что значит напоследок? Девочек впечатлительных ты заставил посочувствовать, но надеюсь, передо мной тут «сдвиг по фазе» изображать не будешь?

– Побольше времени, и ты тоже поверил бы в сдвиг, уж поверь! — хмыкнул тот, - но сейчас необходимость лицедейства отпала, чему я только что и получил подтверждение.

Тот говорил, откручивая крышку бутылки, так что сургуч посыпался в пепельницу. Я пожал плечами и начал нарезать копченое мясо, заметив:

– Хорошо. Но что означает фраза «напоследок», и этот адресок? Кодироваться что ли пойдёшь? Както уговорил барона выйти из лозадельского застенка, за кодировку?

Макс хмуро разлил джин по стопкам, взял свою, манерно оттопырив мизинец, и тут же не чокаясь намахнул, после чего выдохнул:

– Ну, ты почти догадался. Почти. Только не с бароном, а с демонами. Думаю, информация эта для тебя бесполезна… Репутацию с демонами из наших только я прокачал, причем довольно таки случайно. Методика вряд ли кому подойдет, а демоны к кому попало не подкатывают с такими предложениями.

Я выдохнул и проглотил свою порцию алкоголя, почувствовав как обожгло разбитую губу, и с удивлением ощутив, что обычная злость на понты нашего топ-менеджера не закипает, сказал:

– Выкладывай!

Кассиди

Лена бросила прощальный взгляд на Горна что присел на камень у стены, да направилась трусцой к «нубокельям», открывая на ходу клановые сообщения, до которых все не доходили руки. Однако после клика почты, их вдруг разом вывалилось столько, что девушка встала как вкопанная, брови столкнулись на переносице, она тихо прошептала:

– Ну… дела-а! — после чего она бросилась в «командный центр», где, судя по нарастающему градусу эмоций в сообщениях, паниковал замглавы Асашка.

В Подгорном, для ее скорости, все было «рукой подать», но все же не минутным делом. Тем более приходилось постоянно лавировать, ускользая от жаждущих пообщаться гномов, что после битвы, словно проснулись. Сейчас, кто во что горазд наводили порядок в своем подземном селении.

Кассиди приветственно помахала гномам, что тюкали кирками, по зубьям сталагмитов, перегородившим переход из штольни в штольню.

Она перескочила веревку, натянутую зачем-то над выбитым «сталактитным зубом», что был размером с толстый ствол дерева, если судить по оставшемуся «пеньку», и пока гномы обстоятельно отряхивались, оставила их далеко за спиной. Не слушая что они кричали ей в спину, видимо досадуя что девушка не остановилась их выслушать.

– Некогда, извините, сейчас квесты брать, ими и так, судя по всему, Асашку завалили с головой.

На карте, появился новый проход, и порадовавшись новому короткому пути, девушка чуть не влетела в лестницу, упиравшуюся под потолок. Сверху раздалось зычное:

– По-береги-ись!

И прямо перед ней об пол с грохотом разбилась чудовищная сосулька сталактита, куски просвистели рядом, как осколки гранаты. Гном, на верхних ступеньках держал в одной руке факел, освещая потолок, где из-под известковых наплывов уже виднелась древняя ровная кладка, он потряс киркой и выругался, правда с некоторым облегчением в голосе:

– Смотри куда несёшься, скаженная! Нешто эти полудурки молодые проход не перегородили, пока сталактиты ковырали?!

К осколкам же, тем временем подкатили тачки два гнома, один с молотом, другой с лопатой. Кассиди все еще восстанавливая дар речи, от внезапного ужаса, увидела, как «молоточник» выбивает полупрозрачные колючие кристаллы, складывая в свою тачку, а второй мечет все остальное в свою. Под потолком гулко затюкала кирка, и на голову посыпалась пыль, которая и привела ее в чувство. Гнома побежала дальше, на ходу отряхивая шевелюру и посматривая по сторонам уже с опаской.

Трещин в полу и стенах сильно поубавилось, а гномы, попадавшиеся по пути, орудовали лопатами и мастерками, открывая причину их исчезновения. Они помалкивали, разве что мычали под нос какие-то мелодии.

Вскоре Кассиди все же встала как вкопанная перед очередной веревкой, висящей на уровне пола. Тут три гнома в яме по пояс толкли что-то под ногами внушительными чугунными трамбовками. Впрочем, что именно, стало ясно, когда подкатила тачка с осколками сталактитами. Пыль от ударов заклубилась выше, превращая трудяг в серые статуи.