Шрифт:
– Ах ты гад ползучий! — возмутилась Кассиди. На что Макс скорчил классическую физиономию злодея и сказал:
– Ничего личного, это просто бизнес. И нет, лесовикам сразу после распада отряда будет плевать на посторонние разборки. Убивать они меня точно не будут.
Я сжал рукоятку кирки и процедил:
– Вообще-то ты им враг и думаю дарованная тебе словесной формулой дипломатическая миссия увенчавшаяся провалом, будет сигналом снятия твоей дипломатической неприкосновенности.
Корхан сверкнул зубами:
– А ты учишься… Есть такая вероятность, но убить тебя точно успею. И не надо вскидываться так недоверчиво. Если ты посмотришь в инвентарь, то обнаружишь отсутствие всех своих зелий лечения. Касса! Без глупостей! Назад!
Я почувствовал, как к моему горлу прислонилось теплое костяное острие кинжала, а лезвие сабли сверкнуло возле лица Кассиди, рванувшейся было ко мне.
Возможность отправлять сообщения выручила и на этот раз. Я пыхтел, гневно раздувая ноздри, но сообщение отбил со смайлом:
«Вообще-то зелья можно в крайнем случае перебросить. Но не спеши, я еще немного изображу адское нежелание идти, может что выторгую».
Девушка послушно отпрянула, а я добавив в голос побольше скептицизма, проговорил:
– Идти за котом в мешке, невесть сколько времени? Посмотри на расстояние, Корхан! К тому же могу поспорить, что какая-то там фигня будет. Этот ореховый лесок похоже очень прижимист и предпочитает получать все нахаляву. Ничуть не удивлюсь, если наградой будет какая-нибудь сомнительная честь послужить жертвой на великой скорлупе белого ореха или вроде того…
Сомнения темного эльфа выразились лишь в том, что его кинжал вдавился мне в горло сильнее, а я проговорил, покосившись на лесовика, смотревшего на нас все это время без малейшего любопытства:
– Лебелеэль! После получения награды, прошу проводить до края вашего леса. На мое усмотрение.
Тот медленно кивнул, а задание дополнилось условием выхода. Лишь после этого я ответил согласием и проговорил:
– Корхан, ты настолько заточен на противостояние отдельным личностям, что делаешь стратегические ошибки.
Кинжал растворился у дроу в пальцах, он возвел глаза в небо и вздохнул:
– Признаю, я не совсем идеален… Кассиди, ну не сверкай так на меня глазами. Бери пример со своего гнома, который похоже научился не только держать удар, но и оборачивать себе на пользу.
Гномка взяла меня под руку и зло проговорила:
– Ну конечно, конечно… Возвращай зелья, ворюга!
Глава 24
Активировано заклинание «Призрачный шаг». Не отходите от позиций размещения отряда дальше десяти метров
Я сморгнул сообщение и обнаружил что стою у одной из вершин виртуального треугольника, наложенного на местность. Макс и Кассиди стояли у других вершин, озадаченно рассматривая траву под ногами, а я буркнул:
– Эй, лес эльфийский, намек понят, но нам прежде нужно сказать остальным что живы — здоровы и передать письма, мол ушли на разведку, не беспокойтесь…
Корхан, сделал большие глаза и отчаянно замотал головой, словно пытался стряхнуть с нее волосы. Лесовик же, в ладонях которого появились два коротких жезла, повернулся в профиль и бесстрастно поинтересовался:
– Желаете изменить конфигурацию отряда?
– Что значит изменить? Мне нужно передать послание другому отряду, только и всего, - упрямо сказал я.
– Настоящая конфигурация отряда соответствует выполненным заданиям. Следующим действием является получение награды. Желаете прервать процесс?
Я отрицательно покачал головой и, едва сдерживаясь чтоб не выругаться, процедил «нет». Корхан же успокаивающе сказал:
– Лесовиков сложно понять…
Я хоть и смирился, но раздражение прорвалось:
– Трудно забыть и не возможно послать! Понял уже, понял. Но вот положа руку на… скажу одно — может это и интересная раса, но вот лично меня они что-то напрягают.
Одна из эльфиек встала рядом, склонила голову, глядя сверху вниз и едва шевеля губами (куда только интонации делись) скомандовала:
– Идти в ногу, не отходить от сопровождающих дальше чем на три метра.
Остальные прозвучали эхом, сказав ту же фразу моим соратникам. Эльф, физиономию которого испортила сетью зеленых вен телепатическая связь с «главным лесом», встал впереди, на «острие» треугольника. Он взмахнул жезлами, накрест, будто распахивая ими занавески. Раздался гулкий треск, словно молния ударила в пустую железнодорожную цистерну, пахнуло раздавленными лимонами и влагой, а перед нами зависла вертикальная сияющая линия, метров десять в высоту.