– Мэм, я одет согласно уставу, – возразил Ричард.

– Очки! – указала Макгонагалл.

– Для зрения полезно, так говорят доктора, – спокойно ответил Ричард.

– Но у вас, мистер Гросвенор, до этого не было проблем со зрением, – губы Макгонагалл сжались в тонкие нитки. – Тем более они желтые!

– И что с того? – вздернул правую бровь Ричард. – Нигде не регламентировано, что очки должны быть именно такими, как у вас или у директора Дамблдора.

На самом деле желтыми окуляры казались лишь снаружи. Изнутри же они были полностью прозрачными. Аналогично у Гермионы создавалась лишь видимость розовых очков. Цветные стёкла были необходимы для маскировки информации, которая будет транслироваться на внутреннюю поверхность стекол. Проверено в волшебной лаборатории – это на самом деле работает, хоть и не идеально. Гарри Поттеру пришлось сделать прозрачные очки, потому что он изначально в таких ходил. Маскировка.

– Садитесь, мистер Гросвенор, – крайне недовольным тоном произнесла Макгонагалл. – Не задерживайте начало урока.

Кроме обиженной на Ричарда замдиректора, никто в школе к нему из-за очков не докапывался. Отсюда он сделал вывод, что Макгонагалл лишь нужен был повод, чтобы выразить своё недовольство. К счастью, пуффендуйцы относились к факультетским баллам наплевательски: есть – хорошо, нет – ну и ладно. Где-нибудь на другом факультете за все те баллы, который потерял Гросвенор в качестве штрафных очков, ему бы уже устроили бойкот. Конечно, с допущениями. К примеру, на Равенкло вряд ли, ибо там народ понимает, что если сегодня бойкотировать одного из крупнейших работодателей магической Великобритании, то в будущем работу будет найти очень сложно. Слизеринцам в большинстве плевать на положение Гросвенора. А Гриффиндорцы излишне импульсивные, поэтому могли сначала сделать что-то, а затем разгребать последствия.

Вечером следующего дня у Ричарда зазвонил магофон.

– Гросвенор у аппарата.

– Ричард, рада слышать вас, – приятный мурлычущий голос Багнолд будто щекотал ухо.

Ричарду пришлось отойти в дальний конец гостиной, чтобы пообщаться спокойно и без лишних ушей.

– Миллисента, несказанно рад вас слышать. Мне кажется, или с каждым разом ваш голос всё более очаровательный?

– Ричард, давайте как обычно, без лишних расшаркиваний и разговоров о погоде, – грудным голосом произнесла Багнолд. – Мне вскоре предстоит встреча с Министром Магии Франции.

– Что же, милейшая Миллисента, не буду вас утомлять. Полагаю, вы звоните по важному вопросу?

Госпожа министр не стала ходить вокруг да около.

– Блэк нашелся!

– Счастье-то какое! – с иронией ответил Ричард.

Из динамика переговорного аппарата раздался заливистый смех.

– Я так и думала, что вас обрадует эта новость. Ричард, знаете, где его нашли?

– В Мунго?

– Ох, Ричард, да вам можно сразу заменять профессора Трелони на должности преподавателя прорицаний. В точку! Как вы узнали?

– Скажем так, это я посоветовал Сириусу Блэку наведаться в госпиталь.

– Лично? – удивилась министр.

– Не совсем. Так, небольшая записочка…

Из трубки магофона донесся громкий задорный смех.

– Небольшая – это случайно не та, которую даже из Хогсмида было видно?

– Не знаю, не знаю… Я в Хогсмид не выходил, чтобы посмотреть, видно оттуда или нет.

– Ричард, порой я начинаю вас опасаться, – шутливым тоном сказала министр. – Ваши решения зачастую нестандартные и непредсказуемые, но при этом эффективные. Как думаете, стоит ли что-нибудь предпринимать по Блэку?

– Оштрафуйте его за порчу картины в замке, да и хватит с него.

– Картина? – удивилась Багнолд.

– Да был тут осенью инцидент. Этот дурень пробрался в Хогвартс и порезал ножом картину, которая закрывает вход в общежитие Гриффиндора.

– Вот это номер! – голос госпожи министра был весёлым. – Он что, ничего не знал? Мы же даже в "Ежедневном пророке" выпустили маленькую статейку, правда, совсем крошечную, на четвертой странице и рядом с рекламой, но зато правдиво написали о приговоре, вынесенном Петтигрю.

– Миллисента, вряд ли Блэк читал газеты.

– Это что же, мы не могли поймать Блэка потому, что он не читал газет? – оказалась изумлена Багнолд. – Вот это да!

– Согласен, тот еще номер. Этот прохвост заставил мою голову напрячься.

– Ричард, спасибо за приятную беседу. Я вас услышала. Всего доброго.

– До свидания, Миллисента. Все эти преступники, бизнес, политика – это не важно. Главное – берегите себя и своих близких!

– Золотые слова, Ричард. Вам желаю того же.

Минуло уже почти четыре месяца с тех пор, как Гарри, Ричи и Гермиона приготовились к нападению Добби. Их искины постоянно сканировали территорию замка, создавая его трехмерную модель-карту. Но домовой эльф сгинул, словно на совсем, и никогда больше в Хогвартсе не появлялся.

Сириус Блэк несколько месяцев провел в госпитале Святого Мунго, где ему поправляли подорванное в Азкабане здоровье. Там-то его и оштрафовали на сто галлеонов за порчу имущества Хогвартса представители Департамента магического правопорядка.