– Да откройс-с-с-я же! – со злостью прошипел он.

И тут произошло невероятное – кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Еще мгновение – умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал с глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск. Вот только куда?

– О, как! – удивился Ричард. – А в прошлый раз не сработало. Неужели не хватало экспрессии?

Гермиона судорожно вздохнула. Круглыми глазами с затаенным дыханием она смотрела на Поттера.

Гарри провел по лицу ладонью, собираясь с мыслями. Надо было на что-то решаться. Он чувствовал на себе взгляд Грейнджер. Мальчик резко развернулся и спросил:

– Ну что?!

– Гарри, ты шипел! – тихо произнесла Гермиона.

– В смысле, шипел? – прищурился Гарри.

– Гермиона, ты чего? – удивлённо уставился на девочку Ричард.

– Это змеиный язык – Серпентарго! – авторитетно заявила Грейнджер. – Я читала об этом. Серпентарго владел Салазар Слизерин и Сами-Знаете-Кто.

– Воу! – Ричард уставился на Гермиону огромными глазами. – Вот это новости!

Гросвенор сразу понял, откуда дует ветер. У Гарри крестраж с кусочком души Воландеморта, у него аналогичное украшение, оба слышали вместо шипения слова, то есть умеют говорить на Серпентарго.

– Ричи, ты чего? – с непониманием уставилась на мальчика Гермиона.

– Надеюсь, дорогая Гермиона, дальше тебя эта информация не уйдет, – ответил Гросвенор.

– Конечно! – в голосе Гермионы слышалось возмущение. – Ричи, как ты мог усомниться?

– Просто напоминание…

– Эй! – приложил палец к губам Поттер и показал на дверь пальцем. Перейдя на шёпот, он продолжил: – Кажется, я слышал чьи-то шаги.

Мальчики и девочка обратились в слух. В тот же миг в коридоре послышались шаркающие шаги и хриплое бормотание:

– Показывай, миссис Норрис, где нарушители? В туалете? В женском?!

– Филч! – резко выдохнула Гермиона.

– Бежим! – громко прошептал Гарри, тут же рванув в тоннель.

Грейнджер, поддавшись стадному инстинкту, рванула следом за Поттером.

Ричард с некоторым сомнением покосился на входную дверь, перевёл взор на зев тоннеля, подумал о возможности активации невидимости. После этого он тяжело вздохнул и сделал шаг в тоннель. В тусклом освещении он нашел на стене гравировку в виде змеи.

– Закройс-с-с-я!

Изо рта мальчика вырвалось странное шипение. В тот же миг проход закрылся изнутри. Стало темно, как в одном популярном месте.

Из тоннеля доносился громкий удаляющийся визг Грейнджер и вопли Поттера, которые по склизкому темному тоннелю неслись вниз, будто с горки в аквапарке.

– Люмос.

Огонёк на кончике волшебной палочки Ричарда разогнал тьму. Ричи с ужасом взирал на пологий спуск. Посмотрев на обновленную карту, он обнаружил, что наклонный тоннель заканчивается метров через сто, дальше он продолжается горизонтально, а за ним есть какое-то помещение.

В очередной раз тяжело вздохнув, Гросвенор достал из сумки глайдер, увеличил его в размере, встал на него и плавно полетел вниз, паря на высоте около десяти-двадцати сантиметров от высшей точки пола. До потолка оставалось еще прилично, можно было спокойно вытянуть руки и не задевать его. Сбоку мелькали ответвления меньшего диаметра: там на глайдере уже не пролетишь, но пешком в полный рост вполне можно пройти даже взрослому.

Вскоре снизу послышалась сильно приглушенная ругань. Эхо доносило слова до ушей Ричарда.

– Гарри Поттер! Какого дьявола ты рванул в тоннель? Из-за тебя я вся испачкалась!

– Там же Филч! – пытался оправдаться Поттер.

– И что с того? – продолжала возмущаться Гермиона. – У нас, дьявол тебя подери, костюмы-невидимки!

– Эм… Я как-то не подумал. Ой! А где Ричи?

Гермиона закрутила головой и обнаружила яркий свет, который быстро надвигался на них. Вскоре рядом с ними с глайдера на мокрый пол сошёл Ричард. Его глаза хитро блестели при взгляде на заляпанных по уши грязью бледных Гарри и Гермиону.

– Прелестно! – протянул он. – Я всегда знал, что гриффиндорцы латентные суицидники и аскеты, презирающие комфорт. Теперь же ещё сильнее в этом уверился.

Глаза Гарри отображали смущение. Он пробормотал:

– Ричи, у тебя есть во что переодеться?

– Гарри, не стесняйся, – с иронией ответил Гросвенор. – Мне для друзей ничего не жалко. Даже готов пожертвовать трусами из шерсти единорога с фамильным гербом!

При взгляде на вытянутое лицо Поттера, который стянул с лица маску и круглыми от ужаса глазами взирал на Ричарда, Гермиона не сдержалась и прыснула в кулачок.