— Ну конечно! — вспылила она. — Все они — чистильщики. Лучшие менталисты, проявившие себя блестяще и нанятые Обителью для надзора за соблюдением законов Флоириша. И вот этот Оруэлл…

— Оруэлл? — Я округлила глаза. — Вы зовете его по имени??

Сьерра остановилась посреди комнаты, по которой ходила туда-сюда, посмотрела на меня и вдруг… покраснела. Не сильно, но заметно!

Мэделин, в это время пытавшаяся глубоко вздохнуть, закашлялась, подавившись воздухом и собственным смешком.

Дарлин бросила в нее осуждающий взгляд, призванный обнаружить и вытащить на свет совесть воспитанницы, но не попала…

— Так что с ним? — Сестра присела рядом со мной, на краешек софы, и попросила: — Не томите, сьерра, расскажите, как он над вами измывался? Во всех-всех подробностях! Этот Оруэлл.

— Да что ты такое говоришь? — возмутилась Дарлин. — Что в ваших головах, девушки! В такие моменты я задумываюсь, насколько правильным было решение стать гувернанткой! Смогла ли я воспитать вас достойными имени рода?

— Смогла, смогла, — заверила ее Мэди. — Честное слово. Но не томите же!

— Ох, — Дарлин помедлила, но все же заговорила снова: — Так вот, этот мужчина, эр Ругуж… попросил называть его по имени. Для удобства, а не развлечения ради, Мэделин! Так вот, эр Ругуж сказал, что сам он по происхождению — птица невысокого полета, а в Обитель попал исключительно по везению, а потому мы можем быть предельно откровенны. Я тогда еще не поняла, к чему это он, только подумала, что теперь начнутся еще более каверзные вопросы и этот Оруэлл хочет добиться моего расположения, чтобы я максимально открылась ему. Представился он одним словом, заулыбался даже приятно так… А потом стал спрашивать, сколько мне лет, была ли замужем, есть ли дети, планирую ли всю жизнь провести в гувернантках? Не соблаговолю ли прогуляться с ним в полдень в парке?..

Тут скулы Дарлин снова порозовели то ли от удовольствия, то ли от возмущения, и она прервала рассказ, замерев у стола с не убранными еще приборами.

— Так он что же, приударить за вами решил? — Мэделин подалась вперед. — Этот Оруэлл пригласил вас на свидание??

Я хотела фыркнуть в знак того, насколько это смешно, но… Вдруг посмотрела на сьерру О'нил и поняла, что она одного возраста с мамой, а от той отец все еще надеялся заиметь наследника…

Сьерра долго молчала. Стояла на прежнем месте, глядя в сторону окна, и думала о чем-то своем. А я возьми и спроси, не подумав:

— Но что в этом ужасного? В предложении эра Ругужа. Неужели вы боитесь понравиться мужчине?

— Я боюсь не этого, — резко ответила она, посмотрев на меня. — То есть не боюсь совсем. Это не то.

— Тогда что не так?

— Я не понимаю, зачем это ему? — В глазах Дарлин было искреннее недоумение, когда она продолжила говорить: — И ведь отвечала на вопросы, пока не поняла, что он задает их в личных интересах… Про мужа, детей, прогулку.

— Что значит зачем?! Вы — красивая женщина, — недоуменно заявила Мэделин, — так почему вы не можете понравиться одинокому импозантному брюнету с хорошей должностью? Он ведь одинокий?

— Не знаю, — растерянно ответила наша гувернантка, на миг окончательно превратившись из женщины, чья жизнь давно перестала играть красками, став серой и монотонной, в несмелую девушку, полную надежд и страхов ошибиться.

Дарлин удивленно смотрела на нас с сестрой, а затем в волнении перевела взгляд на дверь, будто ожидала, что там ее ждет тот самый эр Ругуж.

— Он что, гнался за вами? — хихикнула Мэделин. — Надо же — так впечатлить чистильщика! Вы будто ждете, что он вот-вот ворвется сюда и снова начнет допрос.

— Все может быть, — кивнула сьерра О'нил, не обратив внимание на недопустимые шуточки в свой адрес, — ведь я дала ему пощечину.

— Чистильщику?! — ахнула я.

— За что?! — вторила мне Мэделин.

— За то, что он воспользовался служебным положением, продолжив допрос и не предупредив, что это только для него. Это неприемлемо!

— Ох, — я обхватила щеки ладонями и тоже посмотрела на дверь, — в любом случае мы будем на вашей стороне, сьерра О'нил.

— Да-а, — протянула Мэделин, не сводя гордого взгляда с нашей гувернантки, — никогда не уставала вами восхищаться. Вы такая смелая! Во всем нам пример!

— Ох! — Дарлин, будто окончательно прозревшая от слов Мэди, схватила стул, придвинула его и тяжело опустилась на сиденье, простонав: — Что же я наделала? Чистильщики неприкосновенны, все это знают.

— Если они поступают подло, им тоже можно воздать! — яростно заметила сестра, поднимаясь с софы. — Женщины — не бесправные глупые марионетки, пусть знают!

— И это воспитала я! — Сьерра хлопнула ладонью по лбу, заявляя: — И точно, нужно кончать с преподаванием. Не мое это.

В тот день мы так и не осмелились покинуть свои покои. Понаблюдав в окно за тем, как медленно село за горизонт солнце, решили отсидеться в тишине и мнимом спокойствии. Стоит отметить, что чистильщики нас также не навещали, а потому мы дружно постарались забыть о допросе сьерры и его нехорошем окончании. Зря, конечно, но кто же об этом знал?