— Трижды, — задумчиво отозвалась сьерра. — Но это ничего не значит. Его величество — радушный хозяин. В его симпатии и благосклонности к принцессе нет ничего необычного.

Я засмеялась и уточнила:

— Вы серьезно? Ну да, сначала его сын ухаживал за ней, а теперь, когда тот пропал, его величество сам продолжил дело своего отпрыска. И правда, ничего странного.

— Марианна! — Дарлин покачала головой, прекращая орудовать крючком и нитками. — Мы не имеем права обсуждать поведение короля и его предпочтения. Все это нас не касается.

— Ладно, — я почувствовала злость оттого, что сьерра не встает на мою сторону, читает нотации и предпочитает не замечать очевидного, как и Мэделин, — тогда вернемся к принцу. Значит, Максимилиан Буджерс, пригласивший всех нас, куда-то пропал. Его советник не появляется. Принцесса Аннет вместе со своей гувернанткой — грудастой нахалкой Лорен — также отбыли. И не на магобиле с вензелями Буджерсов, между прочим, а на арендованном экипаже без отличительных знаков! Я слышала за завтраком, что несколько девушек лично наблюдали ее бегство в сопровождении охраны и чемоданов!

— Чемоданы бежали следом, ага, — усмехнулась сестра, окончательно выводя меня из себя.

— Почему вы так себя ведете? — возмутилась я. — Проблемы не решатся оттого, что мы предпочтем их не замечать!

— Значит, по-твоему, лучше день и ночь напролет думать о худшем варианте? — Только теперь я поняла, что сестра зла не меньше моего. Она говорила с яростно горящим взглядом: — Не спать ночами и предполагать самое страшное? Это твой выбор?

Посмотрев на нее, я вскочила на ноги, собираясь сказать, чтобы не передергивала моих слов, но впервые за несколько дней почувствовала сильнейшее головокружение. И еще слабость. До дрожи в руках. Даже в глазах помутилось.

— Мари! — всполошилась сьерра О'нил. — Когда ты принимала лекарство?

Я хотела ответить, но язык отяжелел и плохо слушался. Медленно вернувшись в кресло и от неловкости уронив лежащуюя рядом книгу, я до боли вцепилась пальцами в подлокотники.

Мэделин, требуя открыть рот, уже подносила к моим губам стакан с водой, в котором растворила несколько капель эликсира для успокоения, и я даже успела сделать пару глотков, почувствовав надежду.

Но тут комнату словно заволокло туманом, и голос Дарлин О'нил зазвучал совсем глухо, словно удаляясь от меня.

— Мари, Мари, — твердила она все тише, пока окончательно не смолкла.

Не успела я испугаться, как уже другой голос заставил вздрогнуть.

— Что скажешь на мое предложение, сын?

Сначала в нос ударил запах хвои и мандаринов, и я, открыв глаза, заметила, что на столике передо мной тлеет несколько ароматных палочек, легкий тонкий дымок от которых распределялся в воздухе, даря ощущение покоя и уюта. А еще там лежал кусок пергамента, исписанный ровным крупным почерком…

— В любом случае я не дам ее казнить, — продолжил голос справа от меня, скрипнуло кожаное кресло, и король продолжил: — Но наказание должно быть суровым.

Я осторожно посмотрела в сторону его величества и округлила глаза.

Марк Буджерс, одетый в один лишь халат, сидел, вольготно вытянув абсолютно голые ноги вперед и расслабленно откинувшись на спинку кресла. Голова его, лоб которой оказался накрыт влажным полотенцем, была чуть запрокинута вверх, а взгляд устремлен к потолку. Пальцами рук он размеренно постукивал по подлокотникам.

Полы халата были слегка растянуты сверху, открывая моему шокированному взору волосатую грудь и толстую золотую цепь, сползающую куда-то в область подмышки.

«Не-е-ет! Снова!», — простонала я мысленно.

— Сын, — повторил Марк Буджерс, поворачивая голову ко мне, — ты делаешь вид, что не слышишь меня? Или надеешься, что сможешь остаться хорошим, не принимая участия в выборе наказания?

Я не знала, что делать.

Сказать его величеству, кто перед ним? Вызвать на себя его гнев? Или солгать? Но тогда нужно ответить на вопрос, которого я даже не слышала. Кого король собирался наказать?! Меня?!!

Тяжело вздохнув, я отвернулась, вперившись взглядом в тлеющие ароматные палочки.

Делать вид, что в комнате по-прежнему находится принц, было тяжело, да и опасно, но сознаться в перемене тел я никак не решалась. В миг, когда голова грозила лопнуть от неразрешимой задачи, пришлось вздрогнуть повторно.

— Максимилиан, — услышала я откуда-то сзади, — нужна твоя помощь. Кажется, я нашел значение последней руны.

Позабыв об осторожности, я радостно уставилась на короля. Тот хмурился.

Несколько долгих секунд Марк Буджерс продолжал смотреть на меня так, будто уже «раскусил» обман, а потом отвернулся и небрежно взмахнул кистью руки, то ли отпуская меня, то ли посылая.