… «Колупатор» — это старый «Урал», на котором сверху прикреплена кабина, стрела с ковшом и два недоліка, которые никогда, слышишь, никогда не смогут выкопать то, что тебе надо. А еще «колупатор» — это тот самый помощник от Славяна.

«Урал» рычит, жужжит, скрипит, лязгает и ворочает темно-зеленой стрелой, и вообще, кажется — он вот-вот рассыплется… Или взмоет ковш, сдвинутся покарябанные металлические листы, раздадутся странные звуки, и машина трансформируется в здоровенного старого зеленого робота.

«Трансформеры, часть шестая: Восточный Фронт». Ооой, чтото меня несет уже, тре подвязывать с кофе. Температура, и ломит всего. Бля, неужели заболел?

Отношения командира ВОПа с трансфор… с колупатором всегда протекают в три этапа: сначала ты полчаса объясняешь низенькому дядьке с круглой головой и в замызганном флектарне, что именно ты от него хочешь, где копать и где не копать. Потом колупатор часа три-четыре что-то копает, часто останавливаясь. А потом ты приходишь и долго орешь матом, глядя на то, что он накопал. Блиндаж глубиной три с половиной метра, например. Но без входа. Капонир, который на сорок сантиметров шире бэхи. А что, воспитывает ювелирную парковку у мехвода. Щель глубиной в полметра и шириной в два. А потом начинается война у соседей и немножко у нас, и колупатор в темпе сматывается, выполнив едва сорок процентов заданного объема, и больше не появляется никогда. Здесь опасно, здесь стреляют, а круглоголовый дядька на это не подписывался.

Ну что ж. Мы в армии и будем работать с тем, что есть. Бля.

Но все равно лучше, чем копать руками.

Ближе к вечеру на террикон взлетает вишневый «Ниссан-Террано». Леха Скиртач лихо заруливает за поворот и, едва не переехав Квартала, несущего дрова, останавливается впритирку к склону. Викторыч, «в силах тяжких», то есть в бронике, снаряге и с автоматом, вылезает из машины и радостно осматривает безжизненное пространство.

— Бажаю здоровья, — говорит Вася.

— Здрасьте, — говорю я. — А вы нам, случайно, хлеба не привезли?

— Ну, шо вы тут, эльфы хреновы, — пожимает руки Маэстро и разворачивается к машине. — Хлеба не было, был Иисус.

Из джипа со страдальческим видом выпрыгивает начальник инженерки. За молле-ленточки на его «Корсаре» заткнуто аж трое плоскогубцев. Проходящий мимо Талисман, увидев такое изобилие инструмента, тут же останавливается, чуть приседает от восхищения и начинает нарезать круги вокруг старлея. Мы здороваемся.

— Так, мои сейчас вокруг аккуратно посмотрят… Вы тут вообще ходили? Понатыкано тут? — Иисус с кислым лицом разглядывает рыжую грязь, налипшую на ботинки.

— А…. — Вася толкает меня, и я закрываю рот, бо у меня уже готов пламенный спич о том, как вовремя к нам приехали саперы.

— Чуеш, Иисус… Вооон там хвостовик торчит, недалеко от кунга. Пойдем, я покажу. Как бы его ото извлечь, бо, хер его знает, воно стреляное или нет. — Командир тянет за рукав Иисуса, тот сопротивляется, но идет. Два его сапера, в нахлобученных касках, мнутся возле машины.

— Викторыч, вам кофе, кофе или кофе? — я приглашающе машу рукой в сторону кунга.

— Кофе, — решительно отвечает начштаба и, закинув чистенький АКС за спину, идет за мной.

Через десять минут.

… Мы с парящими в мокром воздухе кружками выруливаем от кунга. Погода портится, это, прям, чувствуется, стылый ветер опять поднимается, все ёжатся. Я вручаю кружку Васе. Арагор, то есть Викторович, рассматривает мою икебану. Наверху бруствера я вбил три колышка от палатки, на которых развесил побитые еще со Старогнатовки ржавые железные каски. Иисус, два его солдата и Вася стоят и смотрят на хвостовик. Неподалеку кружит Талисман.

— Дергать надо. Веревкой, — наконец выдает план действий Иисус и жадно тянет ноздрями запах заваренного кофе из Васиной металлической кружки.

— Дергай, — отвечает Вася. — Бо ми не навчені.

— Зилка своего отгоняй и палатку снимай. Если еб.нет — посечет.

— Иисус, — ротный невероятно вкрадчив. — Отогнать машину, палатку снять… Так мы и сами можем. Даже веревка у нас есть. На катушке.

— Это провод связистов, они его ищут… — тут же оживляется Иисус.

— Не перебивай. Никакой это не провод связистов, это катушка из нашей второй роты, всегда здесь была и всегда будет, — не моргнув отвечает Вася. — Ты что-нить инженерное роди мне тут, чтоб машину не двигать и палатку не снимать. Я с ними полдня провожусь.

— Вася, да пойми ты. Я тебе уже третий раз объясняю. Ну не получится так. Только дергать, ну, или накладным попытаться. Все равно, взрыв будет, и п.зда твоей УСТ-пятьдесят шесть.

— Посмотри на нее, — ротный разворачивает Иисуса в сторону палатки. Все послушно поворачивают головы вслед. — Этой палатке п.зда приснилась ещё в четырнадцатом. Она своим ходом из Дебальцево выходила. Давай как-то без взрыва, а?

— Вася, — говорит Иисус и опять втягивает тонкими ноздрями воздух. — Не еби мне мозги. Или так — или никак.