Нан встала на колени возле его кровати, ее левая рука скользнула ему под голову и склонилась над ним так близко, что ее волосы коснулись его лица.

– Додж, ты мой добрый ангел!

– Звучит это прекрасно, Нан. Но это ведь, в сущности, чепуха. Я не более, чем простой погонщик, ковбой. Я не могу быть ангелом. Но я действительно очень хотел бы стать им для тебя.

– Ты мой ангел, не спорь, - нежно возразила она. - Не ты ли расстроил планы Бака Хатуэя? Не ты ли раскрыл всем глаза на белого мула? Не ты ли вернул к жизни Стива?

– Но это же все мелочи, Нан. Я еще ничего не сделал, чтобы заслужить твою благодарность.

– Ты слышал, как я стучала по бревну в ту ночь в воскресенье, после того, как ты побил Хатуэя?

– Ты действительно стучала? А я все это время думал, что мне это только померещилось.

– Но я действительно стукнула один раз - потом второй - а потом еще раз!

– Ну, так кто же из нас ангел? - с восторгом спросил он, прижимая к груди ее руку.

– Послушай же меня, Додж, мой вечно сомневающийся Додж. С тех пор, как мы встретились с тобой у ручья, каждый мой вздох принадлежит только тебе. Я влюбилась в тебя по уши. Но ты же знаешь, что я не была свободна и ничего не могла сказать тебе, пока не наступил тот воскресный день.

– О, Нан, неужели ты действительно любишь меня?

– Додж, раньше, когда мне говорили, что я могу полюбить кого-нибудь, кроме моих родных, я только смеялась в ответ. И при этом мне без конца рассказывали о том, как кто-то из Лилли когда-либо влюблялся. Но теперь-то я знаю, что это совсем не смешно. Я вздрагивала при звуке твоих шагов. Где бы ты ни был, мои глаза против воли везде искали тебя. Я почти мечтала о том, чтобы ты утащил меня в лес и заставил признаться в моей любви. Я старалась прикоснуться к тебе, когда прислуживала тебе за столом - представляешь, что я за бесстыжая девчонка! И я смела невинно смотреть в глаза всем, когда мне следовало сгореть от стыда! А потом, когда тебя ранили, я целыми днями слонялась возле тебя. И ночью я приходила к тебе, как сейчас, и целовала тебя, когда ты был без сознания, и ласкала тебя, пока совсем не теряла голову.

– Нан! Постой! Я не могу поверить тому, что ты говоришь! Я все еще брежу, это не может быть правдой! - вне себя вскочил он.

– Да нет же, Додж, ты не спишь и не бредишь. Это все правда, только для нас двоих. Я здесь, на коленях, возле твоей постели. Тебя ранили, и ты чуть не умер. Мой отец при смерти лежит там, в доме. Бен ушел навстречу своей гибели. И это все правда. Это все ужасная действительность и страшная беда.

– О, ради Бога, Нан, не думай сейчас о плохом! - взмолился он. - Я хочу, чтобы сбылся мой сон!

– Но что я должна сделать? Скажи мне, чего ты хочешь?

– Нан, ты могла бы сейчас, когда я в сознании, сделать то, что делала, когда я метался в бреду и ничего не знал?

– Конечно, могла бы, - прошептала она и нагнулась еще ниже, так, что исчезло все вокруг, и не было больше ни неба, ни звезд, только она, ее любовь и нежность. Руки еще крепче обняли его.

– Ну, что ты остановилась, Нан?

– Я хочу сказать тебе еще кое-что - то, что навсегда свяжет нас.

– Говори поскорее.

– Я действительно люблю тебя, Додж. И я стану твоей женой, как только ты этого захочешь - после того, как папы не станет.

Додж крепко прижал ее к себе и со всей страстью своей любви начал покрывать поцелуями ее губы, глаза, щеки. Потом он резко отстранил ее, и она снова встала на колени возле его кровати.

– Нан, любимая моя, иди, иди спать, - хрипло прошептал он. - Оставь меня сейчас. Я буду лежать здесь и думать, как мне стать достойным тебя, как мне завоевать тебя и твоих родных.

Глава 8

Через два дня Рок Лилли навсегда покинул их. Он часто бывал груб и жесток со своими родными, но они поклонялись ему. И сейчас вся семья переживала неподдельное горе. Его похоронили под можжевельником рядом с могилой его матери и двух его рано умерших детей.

Бен Лилли так и не появился дома, и дядя Билл только покачал головой, когда зашел о нем разговор. Стив, как старший сын, занял место отца в делах семьи и ранчо. Додж предложил купить часть скота, чтобы стать совладельцем на ранчо, на что Стив ответил:

– Додж, конечно, я буду рад, если только Хатуэю не удастся оттяпать у нас землю и скот.

– Ну, мне кажется, Баку столько земли не понадобится, - насмешливо ответил Додж.

– Шесть футов, не больше. Мне так кажется, - добавил дядя Билл.

– О, мужчины, что вы говорите! - нетерпеливо воскликнула Нан. - Скажите мне, Хатуэй действительно может отнять у нас ранчо?

– С чего это вдруг? - мрачно поинтересовался Стив.

– Но ведь отец покупал у него белого мула. И дал ему слово. Слово Лилли!