– Да нет, скорее всего, ты просто слишком мало знаешь об этих самогонных установках. Та, что мы сейчас с тобой разбили, уже давно не работала, судя по всему. И, кроме того, она слишком мала, чтобы производить белый мул в таких количествах, в каких Бак его повсюду продает.

– Ага! То есть ты хочешь сказать, что у них есть еще один аппарат, больше этого?

– Ну, конечно. Ты обратил внимание, сколько у них здесь было сорго и какое оно было?

– Да, а что? - не понимая, ответил Додж.

– Как ты считаешь, похоже оно на то, что выращиваем мы на нашем поле?

– Билл, я не знаю, я ничего в этом не понимаю.

– Ну, так слушай меня. Это сорго росло не у нас. А то, что Хатуэй получал с нашего поля, они отвозили куда-то еще. Так что готов поспорить на что угодно, эта берлога у них не единственная.

– Черт! Но тогда все усложняется. Хатуэй костьми ляжет, без боя они нам ту установку не отдадут.

– Хе! Сначала нам ее найти надо. Ну, а драка нам в любом случае предстоит.

Затем мужчины отправились в путь по вьющейся вниз тропе. Въехали в густую прохладную тень соснового и кедрового леса. Постепенно лесок поредел, и на солнечных полянах зардели листья сумаха. Вскоре они оказались на дороге, которая выходила в широкую низину, разделенную надвое пересохшим ручьем. Додж первым заметил двух всадников, которые въезжали в низину с противоположной стороны.

– Стив - чтоб мне провалиться! - воскликнул старый Билл. - Интересно, кто это с ним?

Всадники встретились под огромным ореховым деревом, широко раскинувшим во все стороны свои ветви. Додж сразу заметил, что Стив держится очень мрачно и напряженно. Его товарищ был довольно примечательный темнокожий молодой человек, сразу привлекший внимание Доджа.

– Ну, вот и ты, Стив. Мы с Доджем давно тебя заметили. Привет, Коплас. Давно тебя не видел. Куда же ты направляешься, сынок?

– Я хотел встретиться с Хатуэем, - быстро ответил Стив. - Мне показалось, что ты хочешь опередить меня, - сказал он, глядя на Доджа. - Но тут я наткнулся на Копласа. И он отговорил меня ехать туда. Мы с ним старые приятели, вместе охотились раньше. Познакомьтесь. Додж, его зовут Джим Коплас. Джим, а это тот друг, о котором я тебе рассказывал.

Коплас с готовностью протянул руку, и Додж с удовольствием ощутил его железное пожатие.

– Рад познакомиться с другом Стива, - приветливо сказал Додж. - Это как раз то, что ему сейчас страшно необходимо.

– Хм, ну, ты мастер, приятель, если смог отговорить Лилли от идеи, которую он уже успел вбить себе в голову, - вставил Билл. - Давайте-ка сядем здесь в тенечке и обговорим все.

Все четверо спешились. Додж привязал Болди к дереву неподалеку и, возвращаясь к оставшейся троице, оценивающе оглядел гибкую и сильную фигуру Копласа. Парень был, несомненно, наполовину индеец, а когда он уселся, скрестив ноги, у Доджа больше не осталось никаких сомнений. Додж снял сомбреро и вытер влажное лицо. Он заметил, что и Коплас тоже пристально его разглядывает.

– Ну, давай, рассказывай, - нетерпеливо сказал дядя Билл.

– Дядя, ты же знаешь, отец всегда был против того, чтобы я охотился вместе с Джимом?

– Да, было что-то такое. Я, правда, особенно не вдавался в подробности. Рок клялся, что Коплас украл у него собаку.

– Я не делал этого, - спокойно сказал Коплас, взглянув на Доджа. - Пес сам пришел в мой лагерь и не хотел уходить.

– Но теперь это не имеет ни малейшего значения, - продолжал Стив. - Я просто хотел сказать, что мы с Джимом все равно продолжали вместе охотиться.

– Ничего не имею против, - добродушно ответил Билл.

– Джим ехал, чтобы предложить нам свою помощь, - тяжело вздохнув, продолжал Стив. Додж внимательно посмотрел в его грустные глаза и понял, что у парня появилось какое-то новое препятствие во вражде с Хатуэем.

– Ну, это просто отлично, Коплас, - проговорил Билл. - Но насколько мы можем ею воспользоваться?

– Я знаю, что скоро начнется борьба не на жизнь, а на смерть, и я хочу быть на стороне Лилли, - ответил Коплас.

– Ага. Это, конечно, хорошо, но что ты сам имеешь против Хатуэя?

– Моя мать из племени апачей. От моей семьи осталось всего несколько человек. Хатуэй продает индейцам белого мула.

В его речи чувствовался ум и достоинство. А когда Додж вгляделся в его орлиное смуглое лицо, проницательные глаза, мускулистую фигуру, одеяние из оленьей кожи; когда он обратил внимание, как Коплас носит нож и револьвер на поясе, увидел винчестер в чехле, притороченный к седлу, он подумал, что у них, кажется, появился необыкновенно ценный союзник, а шансы Хатуэя упали еще ниже.