— Они были очень мягкими, — нисколечко не смутился Ратмир, — и я прослежу, чтобы они вновь появились у тебя, но пока этого нет, моё сердце трепещет от невыразимой нежности к твоим выпирающим косточкам.

Эмма хотела покапризничать и всё же выяснить, что предпочтительнее мужу: нынешние косточки, что он поглаживает, или тот наеденный жирок, а потом поняла, что вообще-то ему всё равно, лишь бы она была рядом. Что все эти слова он произносит только потому, что ей нравится слушать, а ему хочется сделать ей приятное.

Она притянула его к себе и вложила в поцелуй все обуревающие чувства. Их так много, и не каждому найдёшь определение! Как так получилась, что она больше не самодостаточный человек, а половинка мужа? Это хорошо или плохо? Она стала зависима, и это можно считать слабостью, но раньше она не значила для целого мира так много, как сейчас. Да и с Ратмиром произошло тоже самое, а он считает себя счастливым!

Она прикрыла глаза и выдохнула:

— Люблю тебя!

— Эмма! — полустон-полурык — и она была атакована резкими, быстрыми поцелуями, которые обескураживали, не давали пошевелиться и оставалось только подчиниться напору.

Эмма беспрекословно позволила властвовать ему. Они оба сходили с ума, рассказывая при помощи ласк о той боли, что испытали; о той любви, что горит в их сердцах; о потребности касаться друг друга. Их чувства позволяли ощущать себя как никогда едиными, а стоило появиться золотистым искрам, усиливающих реакцию тела, кажется, оба не выдержали и потеряли сознание.

Ему грезился необыкновенно интересный мир, где все расы живут и трудятся вместе, создавая всякие диковинки. А Эмме удалось увидеть свой дом. Совсем небольшой, но очень уютный. Зато сад вокруг дома был огромным. Сначала полянки со скошенной травой, потом цветники, а за ними деревья и множество непоседливых птиц. За садом спрятался дворец, где сновало множество народа.

Она открыла глаза и натолкнулась на взгляд мужа.

— Ты такая по-детски беззащитная, когда спишь.

Эмма смущённо подумала, что все милые, когда лежат носом в стенку, а Ратмир улыбнулся ей и, подтянув поближе к себе, уснул уже обычным спокойным сном. Под его равномерное дыхание Эмма тоже уснула, точно зная теперь, где будет жить.

Рано утром она проснулась из-за того, что Ратмир работал в соседней комнате, не прикрывая двери. Он напутствовал Луча, потом сразу вошла экономка, сообщая, что в особняк вернулась прислуга.

— Пусть приступают к работе, — сухо бросил он и, дождавшись ухода оборотницы, заглянул к Эмме.

— Разбудил?

— Я выспалась, — потягиваясь, махнула ему рукою, чтобы прикрыл дверь. — А ты чего не в кабинете?

— Пробовал, но всё время думал, не проснулась ли ты, что делаешь и всё ли у тебя в порядке.

— М-да, это серьёзно, — вздохнула она и добавила: — Мне рядом с тобою тоже спокойней, но неуютно просыпаться, зная, что кто-то может стать случайным свидетелем непрезентабельного вида. А зачем Луч уехал в княжество?

Ратмир объяснил возникшие у князя проблемы и предложение парня уладить их. Но Эмма видела сомнения мужа — он действительно опасался, что план Луча не сработает и предложил организовать съезд на своей территории.

— Это не выход, — покачала она головой. — Впредь мне наука ничего не обещать без предварительной разведки, но менять место съезда нельзя. Это в принципе не очень хорошо, а ещё появятся лишние вопросы вроде тех: «А почему тогда собираться не у эльфов или не у гномов?»

Ратмир понимал, но как же всё не вовремя в этом княжестве! Самое тихое место — и вдруг такие страсти!

— Эмма, каждый день оборотни спрашивают твоё средство. Мне иногда страшно, кто останется на наших землях, если уезжает такое количество народа!

Она рассмеялась:

— Это только так кажется, что много! Не все же уезжают. Многие берут, чтобы получить работу среди людей, другие хотят посмотреть человеческие города, пока строят здесь крепости. Они же потом вернутся в свои кланы, а пока можно погулять. А ещё я слышала, что у нас появились оборотни-возницы?

— Мне нравится, что ты наконец-то сказала «у нас»!

Она обняла мужа, ничего не сказав. Впрочем, тут никаких слов не требовалось. После завтрака Эмма всё же сумела отправить Ратмира работать в кабинет, а сама, прогулявшись по дому и познакомившись с его самоназначившимися помощниками, вскоре расставила по местам своё оборудование и тоже взялась за дело.

Несколько дней пролетело незаметно. Эмма взяла к себе помощницей маму Мила, но оборотнице было сложно находиться в лаборатории из-за множества запахов. Зато Кешью оказалась незаменимой в продаже готового средства. Конечно, пока особого труда не представляло продать то, что имело спрос, но видно было, что ей это нравится и в женщине есть торговая жилка.