— Как это?

— А вот так, — пожал плечами Смирнов. — Может быть, в угол случайно в ящике закатилась, а после нашлась, а может…

Он опять посмотрел на меня. Догадаться, кому адресовался вопрос, было несложно.

— Мы познакомились… в 2001-м. В нашей конторе ты работал заместителем Генерального по безопасности. Уверять, что мы были друзьями, я бы не стал, но…

— Я понял. Можешь не продолжать, — остановил меня Михаил. — Думаю, что во всей этой ерунде я завязан по полной. Только не здесь, а там. Верно?

— Почти угадал. Но объяснять ничего не буду. Рассказывать о твоём личном будущем тоже. Причину, я думаю, ты понимаешь.

Смирнов едва слышно вздохнул.

— Да. Я понимаю. Всё правильно. Будущее не должно быть определённым. Его природа всегда вероятна.

Я посмотрел на него с удивлением.

Он в ответ усмехнулся.

— Пришлось заняться образованием. Книжки нужные почитать, с товарищами поговорить…

— Раньше, я помню, ты физикой не увлекался.

— Всё когда-то бывает впервые, — пожал он плечами и указал на одинокую девятиэтажку. — Я, кажется, обещал тебе о ней рассказать, да?

На перемену темы я отреагировал предсказуемо:

— Хватит играться, Миш. Хотел рассказать, так рассказывай. Я тебя за язык не тянул.

— Ладно. Будем считать, что уел, — засмеялся Смирнов. — Короче, в ДСМУ мне сказали, что Елена Кислицына две недели назад подала заявку на перевод в одно из стройуправлений БАМа, а с прошлой среды оформила себе сразу десять отгулов. В воскресенье я заходил к ней домой. Оказалось, сейчас там живут её родственники из Рязани, пенсионеры, переехали туда по просьбе её родителей. Сказали: их попросили последить за квартирой до марта, пока старшие Кислицыны в командировке в загранке.

— А сама она сейчас где? — невольно вырвалось у меня.

— Пока, говорят, на даче. Заявку ей вроде уже одобрили, и не сегодня-завтра она уедет. Ну, по крайней мере, должна, — развёл руками Смирнов. — Такие вот пироги, Андрей. Нужно это тебе или нет, решай сам…

Что ж, он был абсолютно прав. Свои проблемы надо решать самому.

Поэтому я и сидел сейчас на холодной скамейке и в очередной раз пытался разобраться в себе и своих желаниях. Зачем я здесь? Что должен сделать? Не станет ли лекарство хуже болезни?

На втором этаже хлопнула форточка.

Опять, как и тогда, когда мы с Леной неожиданно помирились, из чужого окна зазвучала почти забытая в будущей жизни песенка:

Ты обещала мне давно,

Что мы с тобой пойдём в кино,

Но не попали мы в кино, обманщица.

Должна была ты в пять прийти,

Я ждал тебя до девяти,

Напрасно ждал до девяти, обманщица…[3]

Неспешно поднявшись, я закинул за спину рюкзак и побрёл в сторону общежития.

А вслед, несмотря на мороз, всё неслось и неслось:

Ненадёжная

Ты, как лёд весной,

Видишь, я в глазах твоих тону.

Почему всё шутишь ты со мной,

Почему люблю тебя одну?..

[1] Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США

[2] Американская некоммерческая организация, выполняющая функции стратегического исследовательского центра

[3] «Обманщица» — песня ВИА «Поющие сердца» (муз. В.Добрынин, сл. М.Пляцковский)

Пётр Сергеевич терпеть не мог ситуации, когда кажется, что всё под контролем. За тридцать лет службы он уже привык к тому, что если перед операцией всё складывается идеально, то, как только она начинается, все заранее разработанные варианты и планы сразу летят в тартарары и действовать приходится в условиях критической недостаточности информации. Зато если планы начинают вдруг исполняться с безукоризненной точностью, а информация поступает вовремя или даже заблаговременно — жди беды.

Сегодня всё складывалось почти идеально. Тот, кого долго искали, нашёлся и снова готов к сотрудничеству, препятствия, как мнимые, так и реальные, устранены, санкция руководства получена, полномочия наивысшие, а межведомственные споры и дрязги ушли в прошлое вместе с прежним Генсеком.

Тем не менее, генерала не покидало ощущение какой-то неправильности, как будто он упустил что-то важное, ставящее под угрозу всю операцию.

Вероятней всего, причиной волнения являлось обычное нервное напряжение последних недель, но возможно, его истоки находились гораздо глубже. Ведь то главное, что лежало в основании разработки «клиента» — об этом Пётр Сергеевич начальству пока не докладывал. Не потому что специально хотел это скрыть, а потому что сперва ему требовался результат, причём, безусловный и значимый.