— Что мы?

— Мы с тобой тоже взрослые?

— Мы пока несовершеннолетние, — засмеялся я, приобняв Жанну за талию. — Поэтому сегодня я просто провожу тебя до самого дома.

— Эх ты, кавалер…

Разочарование в её голосе, спрятанное под иронией, не почувствовал бы только полный чурбан.

Честно сказать, больше всего на свете мне хотелось прямо сейчас затащить её в «мой» вагончик на станции, а там… Рупь за сто, сегодня наши желания на этот счёт полностью совпадали.

Однако, увы. Так поступить я не мог. Где-то поблизости меня уже поджидал «чёрный ворон». Или белая «Волга», не суть важно…

До Долгопрудного, как это ни удивительно, мы доехали без проблем.

Народу в электричке было немного. Хотя и побольше, чем тем вечером, когда мы впервые встретились в этом времени. И хулиганы сегодня по составу не шастали. А вот соглядатаи, они же охранники, наверняка присутствовали, но вычислить я их не мог, как ни пытался.

Путь от платформы до дома занял двадцать минут. Как я ни старался скрыть напряжение, охватывающее меня с каждым шагом, Жанна его всё же почувствовала. Правда, поняла совершенно иначе, по-своему.

— Знаешь, Андрей, мне кажется, ты сегодня какой-то странный.

— В каком смысле?

— Ну… ты как будто боишься меня.

— Тебя?!

— Ну да. Молчишь, думаешь непонятно о чём, не слышишь, что говорю.

— Да нет, дело совсем не в тебе.

— А в чём?

— Сейчас… погоди… Давай сначала согреемся…

Мне было сложно ей всё объяснить, но попытаться всё-таки стоило. Тем более что мы уже дошли до подъезда, а в тепле разговаривать, безусловно, комфортнее.

— Ну? И что ты хотел рассказать?

Жанна остановилась на межэтажной площадке и, уперев руки в бока, посмотрела на меня строгим взглядом. До её квартиры оставалось всего три пролёта, однако дальше идти она, по всей видимости, не собиралась. Или собиралась, но не раньше, чем я объясню, что к чему…

— Ты понимаешь… Не хотел тебе заранее говорить, но… — я тихо вздохнул и так же тихо продолжил. — В общем, мне надо исчезнуть. Пока на неделю, а после, я думаю, всё устаканится.

— Снова милиция? — быстро сообразила Жанна.

Я покачал головой.

— Нет. Теперь КГБ.

— КГБ? — расширила глаза моя бывшая-будущая.

— Увы, — развёл я руками. — Так получилось.

Какое-то время Жанна молчала, потом внезапно нахмурилась и резко тряхнула косой:

— А ты случайно не врёшь?

Я засмеялся.

— Ты думаешь, я это всё придумал? Зачем?

— Ну… не знаю. Как тебя забирали в милицию, я сама видела. Но КГБ… Что же ты натворил, если тебя все ищут?

— Да ты не волнуйся. Родине я не изменял и со шпионами не общался, — начал я её успокаивать. — И ищут меня вовсе не потому, что я что-то там натворил. Там дело в другом…

— И в чём же?

— Не могу рассказать. Пока не могу. Извини.

Жанна опять замолчала. Я её не торопил. Пусть подумает. Она девушка умная, сама сообразит, как это всё объяснить…

— Что говорить, если придут ко мне и будут расспрашивать про тебя?

Я мысленно улыбнулся.

Молодец! Вот в том числе и за это я её и люблю.

— Говори правду.

— Всю-всю?

— Ну, за исключением того, что знала про мой побег…

Мы помолчали ещё немного. А потом Жанна просто шагнула вперёд и тесно прижалась ко мне, обняв руками за шею.

— Ты только, пожалуйста, не исчезай насовсем. Хорошо?

— Не бойся. Я не исчезну. Я теперь уже никуда от тебя не исчезну…

В этот «последний» вечер мы расстались с огромным трудом.

Выйдя на улицу, я внимательно огляделся.

Ни белой «Волги», ни «чёрного воронка» поблизости не наблюдалось.

Вместо них зажглись фары обычной «копейки», стоящей шагах в двадцати от подъезда.

Окно водителя опустилось, оттуда махнули рукой: мол, залезай давай, заждались уже.

Я подошёл к авто, открыл переднюю дверцу и плюхнулся в пассажирское кресло.

За рулём сидел Михаил. Больше в машине никого не было.

— Спасибо, что подождал.

— Не за что, — пожал плечами Смирнов.

Со двора мы выехали секунд через двадцать.

— В «Матросскую тишину» или на «Лубянку»? — поинтересовался я для проформы.

Михаил засмеялся и покачал головой.

— Не угадал. Ни там, ни там нам пока делать нечего… И, кстати, — он неожиданно притормозил и указал на дом, от которого мы отъехали. — Кто она для тебя? Ну, в смысле, это у вас серьёзно или не очень?