— Интересно? — подсказываю я.

— Это было, ну, очень интересно.

— Готов поспорить, что станет еще интереснее.

Мы возобновляем наш путь, затем Натали останавливается и куда-то указывает.

— Смотри!

Я смотрю, куда она показывает, и расплываюсь в улыбке, когда вижу нашу фотографию на экране позади прилавка.

— Вот это мы назовем «Лицо во время оргазма».

Натали бьет меня по плечу. Я вытаскиваю из заднего кармана бумажник, нахожу там двадцатку и показываю на экран позади женщины, стоящей за стойкой.

— Номер шестнадцать, пожалуйста, — говорю я, а затем подмигиваю Натали. Она закрывает лоб рукой. — Шестнадцать — самое сладкое число.

Жизнерадостная брюнетка с косичками и красными очками улыбается из-за прилавка с фотографиями.

— Это точно. И ваши сладкие шестнадцать будут готовы в одно мгновение. Печать занимает всего сорок пять секунд, и фотография выходит в прекрасной картонной рамке. Хотите ее еще и заламинировать?

Я делаю вид, что раздумываю над этим.

— Хм. Как думаешь, Нат? Должны ли мы заламинировать этот момент...

Натали поднимает голову. Ее глаза горят.

— Нет, спасибо, — говорит она жизнерадостной девушке. — Картонной рамки вполне достаточно.

Девушка протягивает мне пакет и две фотографии двенадцать на семнадцать, где мы с Натали крупным планом, кричим во время полета вниз по рельсам. Когда мы отходим, я их изучаю.

— Полагаю, технически мы не можем быть уверены, что это именно тот момент, когда ты кончила, — размышляю я, показывая ей фотографию.

Она стреляет в меня взглядом.

— Почти.

— Почти не считается. Не для оргазмов. Я имею в виду, мы знаем наверняка, что это момент торжества? Или нам нужно сделать это снова, на всякий случай?

Натали закатывает глаза.

— Тебе действительно нужно было покупать ее, чтобы издеваться надо мной?

Я останавливаю ее, хватая за руку.

— Я никогда не издеваюсь над оргазмами. Я серьезно отношусь к твоему удовольствию.

— Я знаю, — шепчет она.

— Хочешь, чтобы я выбросил эти фотографии? Я так и сделаю.

Натали смягчается.

— Я просто усложняю тебе жизнь.

— М-м-м, да. Это точно. — Я опускаю взгляд в направлении паха. — Ты достаточно давно усложняешь мне жизнь, дорогая.

— Ты король каламбуров.

— А ты — королева оргазма на «Американских горках». Но если серьезно, я никому не покажу эту фотографию, если ты этого не хочешь.

— Даже если бы я не собиралась взлететь в стратосферу от блаженства, неужели ты реально покажешь эту фотографию кому-нибудь? Мы оба похожи на вопящих идиотов. — Она выхватывает фото и удерживает передо мной, а затем подражает выражениям нашим лиц, когда вагончик летел по рельсам: глаза широко раскрыты, рты открыты в пронзительном визге.

Я пожимаю плечами.

— Назови меня сумасшедшим, но мне она нравится. Я ее оставлю.

Мы проходим мимо аркадной игры «Перестреляй их всех», и я хватаю Натали за пояс ее юбки и прижимаю спиной к себе.

— Кстати, о блаженстве, должен тебе сказать, что ты горячо выглядишь, когда кончаешь. А еще, ты все время очень сексуальная, ясно?

Натали лучезарно мне улыбается, и выражение полного восторга на ее лице делает что-то странное с моим сердцем. Как и ее голос, когда она просто отвечает:

— Спасибо. — А затем добавляет: — Думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы сообщить, что я привезла тебе подарок. Только я купила его еще до того, как мы покинули Манхэттен.

Я заинтригован.

Натали опускает руку в свою сумочку, роется там и что-то достает и вкладывает мне в руку. От вида обертки из фольги и резинового кольца меня пронзает молния желания.

— Ты самоуверенная.

Она пожимает плечами.

— Но разве я неправа?

Сейчас я мужчина, чьи мысли движутся в одном направлении.

Поскольку мы остановились не в этом отеле, и эта женщина мне нужна так же, как следующий вздох… я внимательно осматриваюсь.

Сжимая ее ладонь, я целеустремленно прохожу через галерею игровых автоматов и сканирую пространство. Может быть, поблизости есть туалет. Или тихий уголок. Возможно, фотобудка. Я всегда считал такие будки идеально подходящими для небольшого публичного действия. А еще вы получаете серию фоток на память.