Время растянулось, превращая окружающий мир в одно большое размытое пятно, а пространство перед Алексеем разрезал ослепительно белый росчерк портала.

Он успел увидеть удивленное лицо Михаила и помятый нагрудник стоящего за его плечом здоровяка, как Шахматная доска со всеми фигурами рванулась в портал и влетела в руки парня.

«Королей в мире много, Император — один, — всплыло у Алексея в голове. — Надеюсь у тебя все получится, Миш!»

Михаил открыл было рот, чтобы не то спросить о чём-то, не то поблагодарить Алексея, но портал резко свернулся, сменившись дрожащей ниткой молнии, которая тоже испарилась, оставив после себя приятный запах грозовой свежести и озона.

— … до смерти! — донёсся до Алексея полный злобы крик настоятеля.

— А вот это он зря, — расплылся в улыбке невозмутимо наблюдающий за битвой Арсений. — Не знаю, что такого ты сейчас сделал, но у тебя получилось. Нам не придется никуда бежать.

— Карающая длань до смерти — это… — протянул Алексей, с удивлением наблюдая, как монахи, резко прекратив бой, откатываются назад, помогая вернуться на свои места своим побитым товарищам.

— Карающая длань — это узаконенное уставом храма убийство непокорных, — тут же ответил Арсений. — Вот только в сердцах добавив «до смерти», он вызвался самолично покарать, хе-хе, отступников.

— А если настоятель не может, кхм, «покарать отступника?» — уточнил Алексей, следя за тем как монахи шустро вычерчивают светящуюся границу ринга.

— Значит он не достоин быть настоятелем, — широко улыбнулся Арсений. — После чего любой монах может выступить претендентом на место настоятеля.

— Знакомая система, — усмехнулся Алексей, вспоминая Михаила.

— Имперские законы, — пояснил дедушка.

— А этот настоятель сам выбирает противников? — задал следующий вопрос Алексей, которому что-то не давало покоя.

— Да, — степенно склонил голову Арсений, — но…

— Но учитель отвечает за своего ученика, а значит настоятель, вместо того, чтобы один за другим избавиться сначала от Марти, потом от меня и так далее, вынужден будет сразу же биться с Дэнисом?

— Все верно, — довольно кивнул Арсений. — А сейчас, согласно кодексу нашего храма, у «отступников» есть час, чтобы помедитировать перед схваткой.

— А если настоятель выпьет усиливающие зелья перед боем…

— А он обязательно это сделает, — мимолетно поморщился Арсений.

— Обвешается артефактами…

— И это тоже.

— То…

— То его это в любом случае не спасет, — мягко улыбнулся бывший настоятель. — Внутренняя сила Дэниса больше, Воля сильнее…

— И он знает, что такое Честь, — с грустной улыбкой закончил Алексей.

— Все верно, — дедушка с одобрением посмотрел на Алексея. — Из тебя бы тоже мог выйти хороший боец.

— Не очень люблю получать по голове и махать кулаками, — покачал головой Алексей и кивнул на замершего на четвертом этаже настоятеля. — А когда он озвучит свой вызов?

— Через час, — усмехнулся Арсений. — За минуту до боя. Считается, что таким образом все отступники изводят себя тревожными мыслями, а за оставшуюся минуту не могу принять тот факт, что жребий пал именно на них.

— А мы сейчас…

— Можем делать, что хотим, — подхватил Арсений и с плохо скрываемым восхищением добавил. — Вон ученик моего ученика даже спать улегся!

— А нас…

— Никто и пальцем не тронет, — заверил его Арсений, жестом подзывая Ника и ван Игниса к себе. — Прости, но мне нужно дать наставление своим ученикам.

— Да без проблем, — кивнул Алексей. — Мне как раз нужно дочитать одну историю…

Он достал из Инвентаря кресло и, с удобством в нем расположившись, открыл Книгу на закладке.

«Или досмотреть! — мелькнула шальная мысль, перед тем, как мир дрогнул и поплыл, превращаясь из горного храма в заброшенные медные шахты.

Интерлюдия Часть I

— Что скажешь, Марк? — Толстый облизнул сухие губы и с опаской посмотрел на два продолговатых цилиндра.

— А что тут говорить? — Марк скользнул взглядом по значку биоугрозы. — Не мы к ним пришли.

— Но это же…

— Это наш козырь, — перебил товарища Марк. — Что там наши генералы?

— Кипятком ссут. Мол, где все войска, почему в наличии только треть от заявленного состава.

— А наши что?

— Ссылаются на директиву Совета и целителей.

— Молодцы, — довольно кивнул Марк. — Кто из магиков остается?

— Две пятерки, да ты, — поморщился Толстый, — ну и этот упертый дурак, — он кивнул на невозмутимого Аврелия.