– Теперь давайте-ка обратим внимание, сколько ей было лет. Пятнадцать? Шестнадцать? Примерно того же возраста, что и убитые девушки. Может быть, вам нравятся именно очень молоденькие? Вы стыдитесь самого себя - зачем они заставляют вас это делать?
– и переносите свою вину на них.

– Нет, это неправда, клянусь...

– И как это они могут быть такими противными? Зачем так бесстыдно провоцируют вас? Верно?

– Замолчите, ради Бога.

– Вы невиновны! Не смешите меня. За вашу невиновность не дашь и кучки дерьма в сточной канаве, Готфрид. Оставьте разговоры о невиновности добропорядочным, законопослушным гражданам, а не такой помойной крысе, которая пыталась задушить девушку в массажном кабинете. Теперь сядьте и заткнитесь.

Он покачался на каблуках, а затем тяжело сел.

– Я никого не убивал, - пробормотал он.
– Что бы вы там ни говорили, я невиновен.

– Может быть, - сказал я, - но вы же знаете поговорку: лес рубят щепки летят. Поэтому, виновны вы или невиновны, вам придется немного посидеть у нас. По крайней мере, пока я не проверю все, что касается вас. Я взял пиджак и направился к двери.
– Один последний вопрос, - повернулся я.
– У вас есть своя машина?

– Это с моей-то зарплатой? Вы шутите?

– А фургон, на котором перевозят мебель? Вы ведь работаете на нем шофером?

– Да, я шофер.

– Вы когда-нибудь ездили на нем вечером?

Он ничего не ответил. Я пожал плечами и сказал:

– Ну что ж, я всегда могу спросить у вашего хозяина.

– Это запрещено, но иногда я езжу на нем, вы правы. Кое-какие левые перевозки.
– Он взглянул мне прямо в лицо.
– Но я никогда в нем никого не убивал, если вы это имеете в виду.

– Нет, я так не думал. Но спасибо за идею.

Я сидел в кабинете Артура Небе и ждал, пока он закончит телефонный разговор. Когда он наконец положил трубку, его лицо было мрачным. Я хотел заговорить, но он поднес палец к губам, открыл ящик стола, вытащил оттуда стеганый колпачок, какой обычно надевают на заварочный чайник, и накрыл им телефон.

– Зачем это?

– В телефоне установлено подслушивающее устройство. По приказу Гейдриха, как я предполагаю, хотя кто знает? Этот колпачок поможет сохранить в тайне наш разговор.
– Небе откинулся на стуле, над которым висел портрет фюрера, и вздохнул глубоко и устало.
– Мне звонил один из моих людей в Берхтесгадене, - сказал он.
– Переговоры Гитлера с британским Премьер-министром, кажется, зашли в тупик. Не думаю, что наш обожаемый канцлер Германии очень обеспокоен тем, будет ли война с Англией или нет. Он ни в чем не хочет уступать. Конечно, судетские немцы ему сто лет не нужны. Эта возня вокруг них - всего лишь прикрытие. Все это знают. Он мечтает заполучить тяжелую промышленность Австро-Венгрии. Он нуждается в ней, чтобы начать войну в Европе. О Боже, как бы я хотел, чтобы ему достался противник посильнее, чем Чемберлен! Ты знаешь, он ведь прихватил на переговоры свой зонтик. Заурядный управляющий маленького банка!

– Вы так считаете? По-моему, зонтик свидетельствует о благоразумии его владельца. Можете ли вы себе представить, чтобы Гитлер или Геббельс смогли одурачить толпу людей с зонтиками? Именно нелепость англичан позволяет им не впадать в крайности. И в этом им можно позавидовать.

– Прекрасная идея, - сказал он, задумчиво улыбаясь.
– Но расскажи мне о парне, который у тебя в камере. Думаешь, это он совершал убийства?

Я оглядел комнату, словно надеясь найти на стенах и потолке доказательства виновности, и воздел руки к небу, будто отрицая, что Готфрид Бауц находится в камере внизу.

– По целому ряду обстоятельств его можно внести в список подозреваемых.
– Я позволил себе один раз вздохнуть.
– Но прямых свидетельств его виновности нет. Тип веревки, которую мы нашли в его комнате, в точности соответствует той, которой были связаны ноги одной из убитых девушек. Но это очень распространенный сорт. Мы тоже его используем в Алексе. Одежда, найденная у него под кроватью, вероятно, испачкана кровью одной из жертв. Но это может быть и менструальная кровь, как он утверждает. Он имеет возможность пользоваться фургоном, в котором можно довольно легко увозить и убивать свои жертвы. Я поручил ребятам осмотреть фургон, но пока получается, что он чист, как руки зубного врача.

Далее, его "послужной список". Однажды он уже сидел за преступление на сексуальной почве - за изнасилование малолетней. Совсем недавно он пытался задушить массажистку, которую сначала связал. По всему этому он соответствует психологическому типу мужчины, которого мы ищем.
– Я покачал головой.
– Но все это только предположения и догадки. Мне нужны настоящие доказательства.

Небе глубокомысленно кивнул и положил ноги на стол. Соединив концы пальцев рук, он спросил:

– Ты можешь "пришить" ему дело? Сломать его?

– Он не глуп. На это потребуется время. Я не мастер вести допросы и бить его не собираюсь. Еще меньше мне нужны в обвинительном заключении сломанные зубы. Ведь именно таким образом Йозефа Кана скрутили в бараний рог и отправили в госпиталь, чтобы ему там подлатали шкуру.

Я взял со стола Небе из коробки с американскими сигаретами одну и прикурил с помощью огромной настольной зажигалки из латуни, подарка Геринга. Премьер-министр всегда дарил зажигалки тем, кто оказывал ему небольшие услуги. Он раздавал их, как няня раздает леденцы.