Было в жизни две вещи, которые Макар совершенно точно мог делать с легкостью: болтать с любым, даже незнакомым человеком и покупать гондоны. Везде, где бы они ни продавались. Даже если в аптеке сзади него стоят дети в очереди за аскорбинками или если это понтовый интим-магазин с огромной неоново-красной вывеской. Макар вот совершенно не понимал тех людей, которые стесняются это делать, которые в маршрутке не могут громко и четко назвать свою остановку или стоят возле кассы молча, терпеливо дожидаясь, пока кассирша добазарит со своей близняшкой с соседнего окошка. А писю в писю совать они как тогда умудряются, в темноте под одеялом? Да блин, он даже как-то раз Жанке за прокладками бегал в магаз и выжил. Потому что, как говорится, партия сказала — надо, комсомол ответил — есть. Надо купить вазелин — пошел и купил вазелин. Ну или более приличное смазло, за которое пришлось выложить аж полтора косаря и подмигнуть консультантке, уточнив, что оно надо для анала. Прямо так и сказал: «Девушка, дайте мне нормальную анальную смазку». Чуть не добавил: «На ваш вкус» — и не сдержал улыбки. Улыбаться ему поводов было ой как до хуя: Валечка оттаял, а теплый и отзывчивый Валечка был в разы кайфовее, что Макар, к своему стыду, под конец даже уснул прямо на нем. Почему-то все утро именно это парило его больше всего. Но он тут же вспоминал их вечер в парке и горячие обжимашки, и это придавало ему такой энергии, что почему-то хотелось еще разок пробежаться вдвоем по улице и влететь в какой-нибудь сугроб. На обратном пути из секс-шопа Макар изо всех сил старался не идти вприпрыжку.

Родители прилетали утром следующего дня, поэтому остаток воскресенья он потратил на уборку: выпнул пылесос, помыл унитаз и даже зачем-то душевую кабину — когда подумал о том, как в ней вчера и сегодня стоял голый умник, подрочил и как-то сам собой начал мыть. Кинул белье в стиралку и сел готовиться к следующему экзамену — последний, как назло, был самым серьезным, и даже Жанка с Лёлей тут уже были бессильны. Правда, хватило Макара всего часа на полтора, потом мозг скукожился и заныл, пришлось отвлечься на спасительный интернет и мемасы.

Спустя час Макар обнаружил себя шарящим по странице Вали в сине-белой — только когда отлайкал все его полторы фотки профиля и штук десять репостов на стене со смешными животными и какими-то типа интересными фотками природы. Ну это и не удивительно: нейромонах Валентин, видимо, образ жизни вел аскетичный и непубличный. Кроме того, у Макара и так уже была мини-галерея из целых двух совместных фоток, вторую они щелкнули перед просмотром кино и за секунду до того, как Макар стянул с Валечки свою худи и уронил умника на диван.

Посмотрел, когда у Вали дэрэ. Кинул запрос в друзья, но умник в сети так и не появился. В списке у него было всего около сотки человек, в то время как сам Макар добавлял всех подряд, и число его друзей-подписчиков уже перевалило за пятьсот. Из них от силы актуальных там было человек пятьдесят — пацаны и бывшие одноклассники вроде Лёхи, народ с универа, дети папиных друзей, с которыми они пару раз в детстве отмечали совместный Новый год на чьей-то даче, сын маминой подруги, друг подруги телки брата… Остальные были лишь потенциальными или бывшими девчонками для секси-тайма. И среди них всех вверху списка Макар больше всего хотел видеть круглую аватарку умника. Полистав еще немного скупую инфу о пользователе, Макар вернулся к билетам экзамена и пыхтел над ними до самой ночи, пока глаза не начали слипаться от столь обильной информации.

«Спокойной ночи», — пришло в ватсап, как раз когда он дожирал заныканную холодную гренку мейд бай Валечка виз лав.

«Добавь меня в друзья в вк», — написал Макар и продолжал сверлить экран ожидающим взглядом.

«Зачем?»

«А хули нет? Потому что так надо».

«Ладно».

Когда мишн был комплит и уведомление сообщило, что пользователь принял его заявку, Макар удовлетворенно улыбнулся, щелкнул свою влажную покупку и скинул фотку с подписью: «Мы будем ждать тебя, Валечка».

А потом хохотнул в голос, когда спустя пару минут умник прислал ему: «Бу-бу-бу)». Что именно это означало, Макар так и не понял, но от скобочки в конце сообщения прям потеплело в душе, и, довольный, он лег наконец спать.

— Хлоп!

Словно сквозь толщу воды, Макар различил приглушенную возню и хлопанье дверьми. Сел на кровати, все еще держа глаза закрытыми и пытаясь вспомнить, какой сейчас год. Что-то ему снилось то ли про природу, которую он вечером налайкал на странице умника, то ли про походы, вместе с Валей, естественно, — трусы натянулись упругой палаткой. Глянул одним глазом в смартфон — тот показывал половину десятого. Зная, что вряд ли ему дадут поспать еще, Макар решил, что встал как раз вовремя, сфоткал свое «доброе утро» и отправил Валечке, которому завтра предстояло уныло трястись в вагоне-купе по дороге на сворачивание олимпийских гор. У Макара в этот день как раз намечался последний экзамен. А в поезде ведь совсем нечем заняться… Хорошо, если у Вали будут с собой какие-нибудь интересные картинки на смартфоне. Или стоило отправить ему еще одно видео? Правда, Макару больше не хотелось слать ему чужие члены и задницы. Один раз посмотрел, так сказать, прикинул хуй к носу, понял, что к чему, и хватит. Стоило лишь допустить, что Валя посмотрит на другие члены теперь, после их выходных вдвоем, и у Макара начинал пульсировать висок. В ответ он ждал что-то в стиле «хватит слать мне всякую порнуху из инета», но телефон молчал. Макар вздохнул, подумал об экзамене и вредной преподше, чтобы стояк побыстрее спал, и, одевшись, вышел навстречу новому дню.

— Ой, ты так рано, сынок! — Мамины брови грозились соприкоснуться с линией роста волос.

Она была загорелой и выглядела отдохнувшей, несмотря на долгий перелет, Макару показалось, что она сейчас особенно красивая. Мама как раз только вышла из соседней спальни, поцеловала его в щеку, и вместе они дошли до гостиной, где за барной стойкой отец уже привычно щелкал пультом, все еще не переодевшись с дороги.

— С возвращением, — буркнул Макар и потащился к шкафчику с кофе. — Как съездили?

История переписки в телефоне уже была забита их фотками, где мама в комментах с помощью смайлов пыталась передать весь спектр своих эмоций.

— Да неплохо. Зря не захотел с нами, мы на кайтах с парашютом катались, — проговорил отец ему в спину.

Забыл, что ли? Не особо они и зазывали, только для галочки спросили разок, а Макар припомнил свои экзамены, из-за которых брони перенести было ну никак не возможно, на этом горячее предложение и закончилось. Хотя он даже почти не расстроился, что в этот Новый год во Вьетнаме не прошло ни одного тайфуна. Потом вспомнил Валины голубые, как прибрежные воды южных морей, глаза и расслабил челюсти — если бы уехал, наверное, хрен он бы с умником так сблизился. Не притерся б точно. А так Новый год в его компании официально можно было бы считать лучшим из последней десятки.