Линслейд сложил на столе свои маленькие ручки с безупречным маникюром и обратил к Мэделин сияющее лицо.

– Должен вам сказать, моя милочка, что я имел с вашим отцом весьма увлекательную беседу.

Мэделин застыла:

– Вы разговаривали с папой?

– Да, конечно. – Линслейд усмехнулся. – Теперь я даже чаще вижусь с Ридом, чем при его жизни.

Мэделин старалась не замечать веселый блеск в глазах Артемиса.

– О чем же вы беседовали с моим отцом? – осторожно поинтересовалась она.

– Разумеется, обычно мы с ним обсуждаем вопросы, связанные с изучением древнего ванзагарского языка, – сказал Линслейд. – Мне всегда интересно послушать мнение Уинтона Рида. Я считаю, что он и Игнатий Лорринг были одними из самых опытных знатоков этого языка во всей Европе.

– Понятно. – Мэделин бросила на Артемиса еще один тревожный взгляд. Она не знала, о чем еще спрашивать.

– А скажите, сэр, – небрежно проговорил Арте-мис, – в последнее время вы и с Лоррингом тоже общаетесь?

– Со смерти Лорринга прошло несколько месяцев, и за это время он не счел нужным ко мне явиться. Что ж, неудивительно. – Линслейд фыркнул. – Этот человек всегда был невероятно высокомерным. Слишком большое самомнение, знаете ли. Он считал себя законченным авторитетом во всех областях ванза. Не думаю, что после смерти он сильно изменился.

– Лорринг открыл остров Ванзагара, – напомнил ему Артемис. – Именно он познакомил нас с его древним искусством и философией. Он был основателем и первым высшим магистром ванзагарского общества. Можно сказать, что его высокое мнение о себе некоторым образом оправданно.

– Да-да, я знаю. – Линслейд махнул рукой, деликатно прерывая собеседника. – Никто и не оспаривает его заслуг первооткрывателя Ванзагары. По правде говоря, я очень надеялся, что он придет ко мне после своей смерти. Видите ли, в конце жизни он очень болел и почти ни с кем не общался. У меня не было возможности расспросить его о тех слухах, которые распространились незадолго до его кончины.

– Что это за слухи? – поинтересовался Артемис.

– Вы, конечно, тоже их знаете, сэр. – Линслейд взглянул на него. – Несколько месяцев назад все Ванзагарское общество бурлило рассказами о краже одной очень старинной книги.

– «Книги секретов», – уточнил Артемис. – Да, до меня доходили эти сплетни. Но признаться, я им не поверил.

– И правильно сделали, – подхватил Линслейд. – Полнейший вздор! Но весьма любопытный, вам не кажется? Было бы интересно узнать мнение Лорринга по этому поводу.

– Насколько я знаю, – с нажимом сказал Артемис, – «Книга секретов», если она вообще существовала, сгорела во время пожара на вилле Фаррела Блю в Италии.

– Да, я знаю. – Линслейд вздохнул. – К сожалению, Блю тоже не заходит ко мне после своей смерти, и я не имею возможности расспросить его о случившемся.

«Так мы ничего не добьемся», – расстроенно подумала Мэделин и решила взять инициативу в свои руки.

– Милорд, в своем письме вы упоминаете о том, что недавно видели моего мужа, – сказала она.

– Это было прямо здесь, в моей библиотеке. – Радостное оживление на лице старика сменилось хмурой озабоченностью. – Довольно неожиданная встреча, должен вам сказать. Мы с ним виделись всего два или три раза, когда он учился у вашего отца, но близкими друзьями не были.

Артемис вытянул ноги и уставился на мыски своих сияющих сапог.

– Вы можете назвать его своим коллегой? – спросил он.

– У нас, безусловно, были похожие научные интересы, но Деверидж презирал мои теории и выводы. Вообще говоря, он совершенно ясно дал мне понять, что считает меня старым маразматиком. Он всегда поражал меня своей грубостью. – Линслейд резко замолчал и виновато взглянул на Мэделин. – Простите, милая, я не хотел критиковать вашего покойного мужа.

Она натянуто улыбнулась.

– Вам наверняка хорошо известно, что мой брачный союз не был счастливым, сэр.

– Признаюсь, я слышал об этом. – Умные глаза Линслейда сочувственно потеплели. – Как это прискорбно! Мне очень жаль, что вы не знали того блаженства, и физического, и метафизического, которое выпало на долю мне и леди Линслейд!

– Насколько я понимаю, такое счастье в супружестве – большая редкость, сэр, – отрезала Мэделин. – А теперь давайте вернемся к вашему разговору с моим покойным мужем. Вы могли бы нам его пересказать?

– Разумеется. – Линслейд выпятил губы. – Он был совсем коротким. Вообще-то мы встретились по чистой случайности.