Они не сердились друг на друга вечером, а, напротив, были как-то необычно спокойны. Когда они легли в постель, Ридж крепко прижал к себе Кэлен, но не сделал попытки заняться с ней любовью. Он был совершенно вымотан, впрочем, как и она.

Криты беспокойно завозились в стойле, которое примыкало к их комнате. Кэлен не обратила на них внимания — она смотрела на Риджа, который открыл дверь и стоял в проеме, глядя на мрачные, окутанные серым рассветом горы. Что-то случилось.

Она чувствовала это. Кэлен села и, подхватив накидку, завернулась в нее.

— В чем дело, Ридж?

Он медленно повернулся к ней. В его глазах застыло странное выражение, которого она не могла понять.

— Мы заблудились, — коротко сказал он. Она уставилась на него:

— Как заблудились? Этого не может быть. Мы же находимся в хижине, которая стоит на дороге. Здесь мы останавливались на пути в долину.

— Хижина-то здесь. А дороги нет.

Кэлен выбралась из постели, завернулась поплотнее в накидку и прошла босиком через маленькую комнату. Ноги обдало холодом, словно она ступила на лед. Надо бы надеть сапоги, подумала она.

Но то, что она увидела, дойдя до Риджа, заставило ее забыть о холоде. Бесконечная серая пелена встала перед ней. Пелена, сквозь которую не было видно ничего. Она накрыла хижину и все вокруг.

— Туман? — поколебавшись, спросила она, понимая, что это не просто туман, хотя ей и не хотелось признавать это.

Ридж покачал головой:

— Если и туман, то какой-то странный, такого я еще не видел. Я попробовал было пройти через него. Сделай я на несколько шагов больше — уже никогда не нашел бы обратной дороги. Да и криты вряд ли увидят больше, чем мы. Они запросто заблудятся. Мы оказались в ловушке.

— Если это туман, то к полудню он рассеется.

— Это не туман, Кэлен.

— Тогда что? — Она вопросительно посмотрела на него.

— Если бы я знал! Можно было подумать, что это какие-то трюки Целительниц, но ведь мы слишком далеко от долины. — С каждым словом выражение его лица все больше и больше мрачнело. — Во всяком случае, я так считаю.

— Нет! — возразила Кэлен. — Это не имеет к ним никакого отношения. Если бы это было так, я бы знала об этом.

— Потому что ты женщина?

— Да, Ридж, потому что я женщина. — Она наткнулась на его непроницаемый взгляд. — Более того, именно потому, что ты мужчина, ты сразу понял, что это совсем не туман. Мне кажется, это напрямую связано с черным ручьем, через который ты перенес меня прошлой ночью.

— По-моему, ты снова позволяешь разыграться своему воображению, Кэлен. — Он сделал шаг вперед, и холодная серая пелена окутала его.

Кэлен поспешила в хижину и вернулась обратно к ложу, чтобы надеть сапоги. Когда она снова подошла к дверям, то увидела только руку Риджа и его ботинок — все остальное было скрыто серой мглой" Не успела она сказать и слова, как мгла поглотила его полностью.

— Ридж! Вернись! Я не вижу тебя.

Он медленно вырисовывался из тумана. Это был момент, когда Кэлен прежде всего увидела золотые огоньки в его глазах, и запуталась окончательно. Его глаза смотрели на нее через непроходимую пелену двумя пугающими, пылающими пятнами, от которых шел неизъяснимый жар. Кэлен смотрела в глаза Риджа и видела в них того самого хищника, который, по словам философов, живет в глубине каждого мужчины. Она содрогнулась от страха.

— Ридж, — прошептала она, не имея сил пошевелиться.

Он подошел, вырвавшись из цепких лап тумана:

— Все в порядке, Кэлен. Я попытался разглядеть вершины гор, что проходят вдоль пути.

— Ну и как? — От страха у нее пересохло в горле.

— Никак. Кругом не видно ничего, кроме этого проклятого тумана.

— Может быть, когда взойдет солнце, оно рассеет его. — В ее голосе послышались нотки отчаяния. Он пожал плечами и вошел обратно в хижину:

— Я разведу огонь. Неизвестно, сколько нам придется торчать здесь. Так что давай поедим.

День в маленькой хижине тянулся мучительно долго. Ридж непрерывно поддерживал яркий огонь в очаге, благо в стойле для критов было заготовлено достаточно хвороста. Только так, не давая ему потухнуть, можно было уберечься от подбирающегося холода. Но несмотря на это, Кэлен все сильнее ощущала, как холодает вокруг. Она с надеждой смотрела в окно, ожидая, что вот-вот взойдет солнце и разгонит мрачную серую мглу вокруг. Но туман становился все гуще и гуще. В какой-то момент ей даже показалось, что этот мрак имеет ту же природу, как и тьма, с которой она столкнулась в пещерах Тепла-и-Холода. Она чувствовала, что эта серая пелена — лишь одна из временных форм, которую принимает тьма.