— Мать твою, — выдохнул рядом Гурвиль. — Рассказать кому — не поверят…

— Ну, почему же? Поверят, — услышала Ольга свой голос. — Инопланетная цивилизация…

— Но какой уровень культуры!

— Вы это снимаете?

— Докторка, вы еще можете об этом думать? В такой момент?

— Ну, надо же представить доказательства…

— Ладно.

Мужчина чем-то щелкнул на пульте.

— Пишется!

— А вон наши, — Ольга с трудом отвлеклась от невероятного зрелища. До сих пор подобное она видела только в исторических фильмах — римейках приключений знаменитого археолога прошлых веков Индианы Джонса — «Индиана Джонс и Машина Времени», «Индиана Джонс и Черный Ящик», «Индиана Джонс и Последняя Египетская Пирамида». Действительно, рассказать кому — не поверят.

От платформы осталось несколько островков, возвышавшихся над морем обломков. На одном из них, поддерживая друг друга, стояли три человека. Вернее, стояли двое, поддерживая третьего. У профессора Якорна, кажется, сдало сердце, и он буквально висел на Таише и Варвиче, запрокинув голову. Было заметно, как он сильно побледнел. Оба, старпом и аспирантка, пожирали глазами «Москита», который осторожно подплывал к ним.

— Черт! Докторка, вы видите то, что вижу я?

Ольга бросила взгляд вниз и прикусила губу. В трещинах, на дне разломов среди камней что-то происходило. Там словно шевелились какие-то… ну, можно было сказать, что детали — словно ты смотришь в недра сложного механизма и пытаешься разобраться, как цепляются друг за друга все эти шестеренки.

— Все-таки инопланетная техника, — проворчал пилот. — Забираем наших — и ходу отсюда, пока тут все не рвануло к такой-то матери.

Ольга была с ним согласна.

Описав полукруг, «Москит» завис над людьми.

— Штормтрап, — приказал Гурвиль. — Вон тот рычаг… И ремни для тяжелого.

Недавно все это уже приходилось пускать в ход — когда спасали Равиля. И вот — снова. Проделать необходимые манипуляции одной рукой было трудно, пришлось помочь себе коленом.

Сначала в ременную люльку для тяжелых запихнули профессора Якорна. Потом по трапу полезла Таиша. Варвич остался ждать внизу и, судя по тому, как он несколько раз бросил себе взгляд под ноги и переступил с места на место, он ощущал что-то странное.

Люльку с профессором и Таишу подняли почти одновременно. Аспирантка тут же принялась суетиться вокруг своего начальства, забыв отцепить шторм-трап.

— Помогите мне, докторка! — причитала она. — Ему плохо, вы должны что-то сделать!

— Трап! — прикрикнул пилот. — Отцепи трап!

— Не орите на меня! Я — женщина! Докторка Крыж, что же вы? Человеку нужна ваша помощь!

— Трап!

— Да сейчас-сейчас… — еще больше засуетилась Таиша, — заело что-то! Не получается! А разве нельзя…

Варвич снизу что-то крикнул, заглушенное ревом двигателей.

Платформа под ним пришла в движение. Древний механизм — если это был он — активировался.

— Снижайтесь, — приказала Ольга, распахивая дверцу со своей стороны.

— Дура! — прокомментировал Гурвиль, но послушался.

Кусок платформы под Варвичем уже ходил ходуном. Соседний разломился надвое, и осколки его погрузились в недра горы с грохотом и скрежетом, который перекрыл даже рев моторов. Одновременно то, то раньше было алтарем, начало медленно вращаться, постепенно поднимаясь на поверхность. Земля уже дрожала и тряслась так, что Варвичу приходилось все внимание тратить на то, чтобы просто стоять.

О том, чтобы посадить тут «Москита», не было и речи. Можно было только зависнуть и тут же рвануть вверх, пока не стало слишком поздно. Подобные механизмы имеют нехорошую тенденцию либо ломаться, либо взрываться.

По счастью, Примеку Варвичу не требовалось объяснять, что надо делать. Едва «Москит» снизился, он прыгнул.

И пилот тут же рванул машину вверх, не дожидаясь, пока старпом подтянется на руках.

Ольга наклонилась вперед. Она была пристегнута, но руки поднять не могла — правая лежала на коленях мертвым грузом, нуждаясь в лубке, левой она держалась. Варвич висел как раз напротив ее дверцы, цепляясь за шасси. До него было так близко, что Ольга с ума сходила от бессилия. Если бы не рука! Пилот вел машину быстро, но аккуратно, стараясь лететь так, чтобы не задеть болтавшимся внизу человеком за деревья, и в то же время не забираясь слишком высоко, чтобы, если Варвич разожмет руки, ему не пришлось высоко падать.

По счастью, та гигантская лестница, на верхнюю ступеньку которой они приземлились, и которая сейчас тоже пострадала, в нижней части уцелела. Джунгли не успели поглотить полностью каменные ступени, и на каждой оставалось достаточно свободного места, чтобы на одну из них опустился маленький «Москит».

Варвич успел разжать руки, проворно откатиться в сторону и вскочить, едва шасси флайера коснулись земли. Тут же кинулся к людям. Ольга не успела охнуть, как на нее навалились, стискивая в объятиях.

— Ай! Пустите!

Правая рука как раз попала между ними.

— Дьявол, — Варвич отпрянул, словно его ударили кулаком в грудь. — Что? Вы… все хорошо? Вы целы?

— Нет, — призналась Ольга. — Я… кажется, повредила руку… Нет-нет, уже не больно, я вколола новокаин, но…

— Но раз вам не больно, вы, может быть, займетесь профессором? — вмешалась Таиша. — Ему плохо!

— Да-да, сейчас, — заторопилась Ольга, принимаясь копаться в аптечке, но ее руку отстранили.

— Я сам, — Примек Варвич отобрал аптечку и полез на заднее сидение, попутно кивнув Гурвилю: — Взлетай помаленьку.