— Прошу прощения, суверен, но лъэрд Николет…

— Я иду! — Стигрих перебил его и поднялся на ноги.

Глядя на суверена, стражник шлепал губами, но заговорить не решался.

— Всем оставаться здесь! — приказал Стигрих, и по зале пронесся недовольный шепот. — У вас будет возможность увидеть лъэрда, но не сейчас.

Мое сердце сходило с ума, билось яростно и неровно. Комкая в ладонях скатерть, я пыталась усидеть на месте. Рион здесь, рядом. Он снился мне всю ночь, и я хочу выбежать ему навстречу, чтобы сказать все те слова, которые сдерживала в себе, которых боялась.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох. Сердце понемногу успокаивалось, а душа пела, празднуя возвращение Риона. Прошлой ночью Гилбер сказал, что нет ничего невозможного, и я уверена, что мы найдем способ расторгнуть брак, даже если для этого снова придется провести ритуал.

На мое плечо опустилась тяжелая рука. Я думала, отец уже ушел, но оказалось, он все еще стоит рядом. И смотрит на меня. Его взгляд был тяжелее могильной плиты.

 — Пойдем, дочь!

Я пошла следом за ним, моя рука в его. Обернувшись, с облегчением заметила, что Гилбер идет следом.

Мы вышли из залы, спустились по крыльцу. Я почти не чувствовала ног, спеша вперед, где встречающие радовались приезду Риона.

Мы спустились по мощеной дороге, свернули вдоль стены и увидели толпу — тех, кто не явился в замок и предпочел ждать Риона. Не было шума и радости, никто не обнимался и не праздновал. Люди молчали.

Навстречу нам ехала телега, похожая на ту, на которой прибыли мы с Гилбером. Похоже, Ветер и Рион не воспользовались порталами запределья и поэтому задержались.

Ветер остановил телегу. Поднявшись на цыпочки, я пыталась увидеть Риона за его спиной.

Отец дернул меня за руку и развернул к себе. Его взгляд казался неживым.

— Мой преемник погиб из-за тебя, так иди же, встречай его! — приказал он, и мой мир погас.

— Нет, не погиб! — сказала я твердо, потом еще раз — «Нет?» — вопросительно, обернувшись на Гилбера. Я не узнала его, его лицо было белой маской.

Я никого перед собой не видела. Шла, спотыкаясь. Десять шагов до повозки длились вечность.

Ветер протянул руку, но она словно прошла сквозь меня.

В телеге лежал Рион. Его кожа была похожа на мрамор, ледяная, неживая, с рисунком нитей света. Она сияла, весь он сиял.

Он источник.

— Лъэрд Николет привез силу в запределье! — Громкий голос отца заставил меня вздрогнуть. — Сегодня мы соединим его силу с алтарем, и она будет служить нам, даря защиту и процветание.

Какая разительная перемена со вчерашнего дня! Почти те же слова отца, но сегодня народ не празднует, не радуется, хотя, безусловно, источник подарит им новую, счастливую жизнь. Но сейчас они не могут радоваться, они с печалью и непониманием смотрят на Риона и ждут слов суверена, его объяснений.

Отвернувшись, Стигрих пошел к замку. О Ветре он не сказал ни слова, словно и не заметил его. Вокруг нарастал шепот, люди двинулись вслед за Стигрихом, надеясь, что он скажет что-то важное, исправит несчастье, происшедшее с его преемником.

Я осталась стоять на мощеной дороге. Я не могла дышать и двигаться тоже не могла, но потом, захлебнувшись волной горя, я набросилась на Гилбера.

— Ты знал! Ты должен был дать Риону знак, чтобы он подошел к алтарю!

Ты дал ему знак? Он увидел алтарь? Что случилось?!

Сжимая в ладонях рубашку Гилбера, я трясла его, и он, бледный и холодный, не возражал и не двигался.

— Что случилось? Ты опоздал? Ты знал, что Рион погиб, но позволил мне думать, что он жив?

Гилбер медленно разжал мои пальцы и склонился ближе.

— Ты дочь великого суверена, и тебе не пристало вести себя, как истеричной бабе. Держи себя в руках!

Я хотела накричать на него, но… разбилась на части. Мир опрокинулся, взорвался, потерял смысл, и я оторвалась от него и парила, как однажды над сердцем Треоста, только в этот раз во мне не было ни блаженства, ни радости. Только пустота, которая появляется, когда исчезает все остальное. Все, чем я жила.

 ***

Я очнулась в постели.

Голова гудела, мышцы сковало льдом. Время растянулось, навалилось на меня тяжестью событий и вспышками впечатлений. За последнюю неделю я с головой нырнула в чувство, имени которому не знаю, пробежала от неприязни к Риону до полной невозможности представить жизнь без него.

Разве такое возможно? Всего за несколько дней навсегда привязать себя к человеку.

Рион погиб. Его дар мглы связан магией настолько сильной, что человеческий разум и аура неспособны ее выдержать. Я видела, как погибала Аннет, во что превратила ее патрульная дуга. И теперь то же самое случилось с Рионом. Свет убивает, мгла тоже, стихии беспощадны.