— У меня есть золотой брегет, и я бы хотела купить вот такие часики, — указала она на выставочный образец. — Я расплачусь брегетом, а вы мне дадите сдачу.

Ольга торопливо достала часы и протянула ему. Руки заметно дрожали.

Мужчина, не спеша, через лупу обследовал открытый для обзора механизм, пощёлкал крышками, послушал бой. Было видно, что они его заинтересовали. Торопливо глянул на охранника у входа и метнул взгляд на закрытую дверь в углу помещения.

Пристально уставился в её лицо и тихо спросил:

— Это ваш брегет?

Ольга уверенно кивнула:

— Разумеется, мой, — поджала обидчиво губы, выразив возмущение бестактным вопросом. — Вернее, моего покойного отца.

Она подумала, что могла бы найти ломбард и без лишних вопросов сбыть их там, а затем вернуться сюда за покупкой. Только где его искать? Если ей посоветуют обратиться туда, она спросит адрес.

— Вы же понимаете, что я не дам вам полную их стоимость. Да и возьму без цепи.

Она замерла в ожидании. Когда продавец назвал сумму, приуныла. За вычетом стоимости серебряных часиков, оставалось не столько, на сколько она рассчитывала.

— А дешевле женских часов не найдётся? — спросила для приличия, зная, что пора уйти.

Мужчина на миг задумался и, задержав взгляд на брегете в её руках, достал из нагрудного кармана чёрный бархатный мешочек. Наклонившись к покупательнице через прилавок, доверительно зашептал:

— Посмотрите эти. Они хоть и с повреждением, но это никак не влияет на точность их хода. К тому же скол не бросается в глаза под крышкой. Они не из дешёвых, но я вам сделаю хорошую скидку.

Часы Ольге понравились. Крошечная овальная впадина на стекле у заводной головки и правда была заметна только под определённым углом. С цветочным ажурным венком на крышке и хорошо читаемыми римскими цифрами, часы быстро согрелись на её ладони.

Выйдя из магазинчика, она бегло осмотрела пешеходную часть улицы через дорогу. Парень стоял у газового фонаря и не спускал с неё глаз.

Совсем обнаглел, — обомлела Ольга, убедившись в слежке. Уже и не прячется.

Отказываться от поиска Ньюта, как и втягивать его семью в неприятности, она не станет. Отделаться от «хвоста» следовало до того, как она доберётся до Мраморной триумфальной арки.

Ольга шла дальше. Корзина оттягивала руки, а ноги норовили перейти на бег. «Топтун» раздражал её больше и больше. От него легко не уйдёшь. Такие ребята чаще всего глазастые и юркие.

Лавка мясника, зеленщика… Табачная лавка. Ольга принюхалась. Выделив среди множества запахов едва различимый аромат вишни, тяжело вздохнула. Отпечатавшийся в памяти сон участил дыхание. Она тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Покосившись в сторону «топтуна», ускорила шаг.

Парень отстал. Ненамного. Но сокращать дистанцию не спешил. Это показалось странным.

Заметив поворот, Ольга резко свернула в переулок и ускорила шаг. Прикинула, сколько времени потребуется быстроногому подростку, чтобы добежать до угла.

Задев корзиной пожилого господина, на ходу извинилась и со всех ног бросилась к виднеющимся впереди высоким деревьям парковой зоны.

Добежать до неё незамеченной она вряд ли успеет. С опозданием подумала, что можно было найти спуск в метро и попробовать затеряться там.

Пробежав мимо облезлой лавки с немытыми запыленными окнами, притормозила. Толкнула плечом дверь — на её счастье оказавшуюся открытой — и заскочила в полутёмное помещение.

Над головой судорожно брякнул колокольчик, а из глубины покоя раздался мужской голос:

— У нас закрыто!

Бросив на пол корзину, Ольга навалилась на дверь. Трясущимися руками нащупала засов и задвинула его. Прошептала:

— Вот теперь закрыто, — и повернулась навстречу раздавшимся за спиной шагам.

В нос ударило затхлым запахом кожи, коленкора и старой бумаги.

Запах книг… Пыльный, прогорклый, спасительный. Она узнала бы его из тысячи запахов и ароматов.

Глаза привыкали к полумраку, разбавленному пробивающимся светом через грязное окно, из которого едва просматривалась часть переулка с редкими прохожими. Здесь же стояли небольшой стол и два стула.

Проступили очертания деревянных стеллажей с книгами и рядами широких проходов, полки на стенах, длинный стол со стопками изданий разного формата. Помещение хоть и было немалым, но неправильно размещённое оборудование «съедало» полезную площадь. В нём царил беспорядок, и выглядело оно загромождённым, запущенным и неуютным.