Конфеты, на которые так нагло напала Вита Игоревна, стояли на столе. Саша продолжал грызть свои огурцы; Ксю, тоже взяв вилку, присоединилась к нему, явно не питая особой любви к сладкому.

— Вита Игоревна сказала, что сегодня вечером едет автобус, — спокойно сообщил Назар. — Так что, если у вас будет желание, сможете поехать.

Они переглянулись. У Ксюши едва заметно порозовели щеки, наверное, от осознания, что приятный отпуск несколько затянулся, а еще — оттого, что провела она его с практически незнакомыми ей людьми.

— А следующий когда? — сразу же уточнил Саша.

— Вообще, говорят, дня через три-четыре, — честно ответил Назар.

Александр почесал затылок.

— А вы?..

— Я еще не решил, — ответил Назар, даже не заботясь о том, чтобы поинтересоваться моим мнением. — Может, чуть позже поедем. Но вообще, мне еще по делам в Европу надо. Короче, потом определимся.

— «Потом» может быть поздно, — отметила Ксю. — Сань, а вдруг опять дороги засыплет? Не то чтобы я очень хотела уезжать, но…

Она запнулась. Я понимала, что именно смущало девушку. Уехать сейчас было логично, вот только Ксюша не до конца верила в то, что счастливая зимняя сказка продолжится, когда они с Сашей опять окажутся в Киеве. То, что столько времени было незыблемым, сейчас вновь стало шатким.

— У меня и отпуск заканчивается, — наконец-то промолвила она. — На работу уже…

Что ж, я испытывала схожие чувства. Стабильность, цементированная снегом и заваленными дорогами, надежность чужой любви и уверенность в завтрашнем дне рассыпались, стоило только вернуться в большой город и оказаться среди его соблазнов.

— Тогда надо ехать сегодня, — решительно кивнул Саша. — А то мало ли, правда засыплет… Когда тебе на работу, Ксю? Успеем по приезду вещи ко мне перевезти?

Девушка стремительно покраснела. Она явно не ожидала, что Саша вообще заведет разговор о том, чтобы съехаться, да еще и так легко, будто сам давно об этом думал.

— Эй, Ксю, ты чего? — удивился он, заметив ее смятение. — Я думал, мы договорились, что съезжаемся… Ты не хочешь?

— Хочу! — выпалила она, должно быть, быстрее, чем следовало. — Тогда надо вещи собирать, наверное?

— Ну, да, — кивнул парень. — Пора бы… А билеты у Виты Игоревны? Блин, позвонить ей надо, взять два… Надеюсь, у них будут хорошие места… Ксю, ты как смотришь на место у окна?

— Хорошо смотрю, — расплылась в улыбке девушка. — Я за вещами!

Она так быстро промчалась мимо нас, словно вообще не чувствовала земли под ногами. Я едва сдержала улыбку: приятно было смотреть на такую счастливую Ксюшу.

Саша последовал за нею, бормоча что-то себе под нос. Огурцы остались на столе вместе с двумя вилками и конфетами, чьи ряды заметно проредила Вита Игоревна.

Я проводила ребят взглядом и, не удержавшись, улыбнулась.

— Какие они все-таки…

— Какие? — хмыкнул Назар.

— Не знаю. Влюбленные. Правда, как настоящая семья.

Исаев плюхнулся на стул и протянул ко мне руки.

— Иди сюда.

Я с подозрением покосилась на него, но, подумав, что ничего страшного все равно не случится, все-таки поддалась и устроилась у мужчины на коленях. Он крепко обнял меня за талию и уткнулся носом куда-то мне в шею. Дыхание у Назара было какое-то неожиданно тяжелое, словно ему пришлось прилагать какие-то немыслимые усилия, чтобы просто обнимать меня.

— Не хочу отсюда никуда уезжать, — внезапно признался он.

Я не стала спрашивать, почему он так сказал. Причины могли быть самые разнообразные. Может быть, Назар тоже не был уверенным в том, что ждало нас в будущем, а может, просто не хотел возвращаться к работе. В любом случае, это никакого значения сейчас не имело.

— Я тоже не хочу, — согласно кивнула я, прижимаясь к нему покрепче. — Надо будет набрать снега в банку. Хоть за сувенир покатит.

— Будет тебе снег в банке, — подмигнул мне Назар. — И сувенир будет. И память… И не только, если захочешь.

— Захочу, — ляпнула я, даже не подумав, о чем именно он сейчас говорил.

И, черт возьми, сейчас правда хотела больше, чем воспоминаний.

Было уже темно — все-таки зима, в шесть вечера уже хоть глаз выколи. Зимняя сказка, хоть и именовалась элитным поселком, такой роскошью, как фонари, не располагала, потому единственным источником света оказались мобильные телефоны да включенные фары промерзшего автобуса, вокруг которого собрались, наверное, практически все обитатели деревеньки.