Да еще настолько неожиданно, что я зацепилась каблуком за выступающий край тротуарной плитки и полетела бы носом прямо в асфальт, но успела опереться на багажник своей машины. Боль в колене все равно была довольно ощутимой. Наплевав на светлую юбку и мнение прохожих, села на бордюр и уставилась на ногу. Жить буду.

Как там было у Шекспира? «Что тела боль, когда душа рыдает и смерти ждет».

Бред. Души нет.

Только все равно болит…

Но времени себя жалеть больше нет. Посмотрев на часы, я поднялась, отряхнула юбку и села в машину. Успею домой заехать переодеться. И заодно рану промыть.

На удивление, Вадим был дома. Разговаривал по телефону в кухне, но на секунду замолчал, вопросительно кивнув на мое колено. Я махнула рукой, как будто сказав: «Ничего страшного». Налила в стакан воды и успела сделать пару глотков, когда услышала, как муж сказал:

— Да, Ярослав Владимирович. Завтра обязательно буду.

Я почувствовала, что рука больше не держит стакан. Он, казалось, с оглушительным звоном упал на плитку и разлетелся на мелкие осколки.

Вадим обернулся, а потом снова сказал в трубку:

— Нет, все в порядке. Да, до свидания.

Бросив телефон на кухонный стол, он спросил:

— Все нормально?

— Да. Куда-то завтра собираешься?

Ответить муж не успел. Теперь зазвонил мой телефон. Я ответила, увидев номер клиентки. Она попросила перенести сегодняшнюю встречу, и я вышла в коридор за ежедневником, чтобы записать ее на новое время. Мы еще немного поговорили, пока я сбрасывала юбку, определяла ее в стиральную машину, а колготки — в мусорное ведро, обработав потом колено. Вадим уже собрал все осколки и поставил чайник, поняв из разговора, что мне в ближайшее время никуда не надо.

В его движениях, в поведении не было ничего необычного. Небольшая нервозность, но, скорее, связанная с работой, усталостью или чем-то подобным. Да и я не верила, что Ратомский позвонил бы Вадиму со словами: «Слушай, мужик, я тут трахался недавно с твоей женой».

Слишком мелочно для него.

— Так куда ты завтра собираешься? — спросила я, вернувшись в кухню.

— Небольшой корпоративный вечер по случаю завершения удачного проекта. Я, честно говоря, даже не думал, что смогу поучаствовать, но моя фирма выиграла тендер. Да еще и Ратомский напрямую решил работать со мной. Можно сказать, что после этого дела пойдут в гору. Это отличная рекомендация.

Каждое упоминание его имени… Боже мой, эта рана и так подобна той, когда в грудь по самую рукоятку всаживают нож, а теперь он просто медленно ворочался, причиняя невыносимую боль.

— Это здорово, — выдавила из себя.

— Дина, надо поговорить.

Да, даже необходимо. Я выдохнула, Вадим тоже. Только как будто еще даже печальнее меня.

— Давай поговорим, — согласилась я. — Давно уже пора.

И снова телефонный звонок. Наверное, не судьба. Вадим улыбнулся и сбросил. Но вызывающий не сдавался. Муж виновато улыбнулся и ответил. Разговор был коротким, а потом он сказал мне:

— Извини, надо ехать. Завтра после корпоратива поговорим. Будь готова к восьми.

Я машинально кивнула, а потом только до меня дошел смысл сказанного Вадимом.

— А мне зачем ехать? — удивилась я, когда муж уже стоял в дверях.

— А почему бы и нет? — тоже удивился он в ответ, когда я вышла в коридор. — Кстати, добавил, посмотрев в мой открытый ежедневник, — не записывай так пароли.

Вадим ушел, а я даже не сразу поняла, о чем он говорил. Посмотрев на перевернувшиеся страницы, увидела цифры: 13 53 34

Алиса…

Вот уж где загадка. Зачем она прислала мне это кольцо? Значила ли что-то вообще эта гравировка? А если и значила, то правильно ли я поняла?

Естественно, интернет мне не помог в обычном цифровом запросе. Я просмотрела массу какой-то бесполезной информации вроде расписания транспорта, занятий в каких-то университетах, новостей, где упоминались даже не все в цифры в дате, номера телефонов каких-то фирм, но так ничего и не поняла.

Наверное, все-таки это бредовая идея и разбушевавшаяся фантазия.

Но лучше думать о цифрах, чем о Ратомском. А еще скоро следующий клиент, так что надо ехать.

До вечера я даже забыла, зачем утром так стремилась в аптеку. Тогда действовала на эмоциях, а сейчас уже думала, что Калинин все преувеличил.

Всякое ведь бывает.

А в чудеса я не верю.

Хотя раньше Андрея Григорьевича чутье не подводило. Не человек, а рентген. Промахнулся только со мной один раз.

И не только он.

Еще один человек, который за что-то меня упорно ненавидел, потом перевернул сторону этой пресловутой медали «от ненависти до любви», но не попал. Как он думает, скорее всего. А получилось в самое долбанное яблочко…