Анна тоже посмотрела в зеркало: по лицу мужчины невозможно было ничего прочитать, профессиональная скучающая маска, за которой мог прятаться как гнев, так и безразличие.

— Черт, он держит вторую руку у плеча, — бросил он с насмешкой напарнику, который расположился за Марком, — сукин сын заметил, как удачно ты сел.

Напарник ответил коротким смешком.

— Да, Марк, мне говорили, что с тобой будет сложно, — продолжил Олег. — И да, мой напарник любит расставлять приоритеты с помощью удавки. Но в машине девушка, так что обойдемся без эффектов.

— Я могу покашлять для вида.

Черт возьми, Марк!

— Может, уже поговорим предметно? — Марк впервые оглянулся назад.

По его лицу прошла волна света, которая обозначила подъехавшие машины. Еще два внедорожника встали с другой стороны дороги. Анна присмотрелась и заметила, как из первой машины вышел Нечетный, он быстрым шагом перешел дорогу и направился в самую гущу бойцов. Стало спокойнее, за глупыми порывами охраны теперь было кому приглядывать.

— Ты идешь на попятную...

— Нет, — отрезал Марк, перебив, — всё в силе, корректируются лишь сроки.

— Мои отчеты говорят об обратном, причем кардинально.

— Два дня. Мне нужно еще два дня, чтобы закончить свои дела.

— А еще тебе нужно, чтобы я закрыл глаза на твои фокусы, не искал исчезнувшего Севера, сделал вид, что не знаю о дележке. Огромный список, Марк. И всё это дорого стоит.

Марк оскалился.

— Чего ты хочешь?

— Да мне спрашивать не придется. Я вытрясу из тебя всё. Включая то, что ты собираешься урвать у Рёфа.

Марк лишь кивнул, будто именно этого и ждал.

— Кажется, у меня появился работодатель, — произнес он.

— С тобой говорили по-другому, ты не понял, — Олег открыл дверцу, завершая разговор. — Можешь оставить крошки, которые успел спрятать. А остальное сдашь и не подумаешь чудить. Иначе тобой займутся официально, со всеми печатями и наручниками.

Они ушли, и Анна внимательно посмотрела на Марка. Он ушел в себя, обдумывая произошедшее. Совершенно позабыл о ее присутствии. Его пробудил Нечетный, который распахнул дверь с его стороны и огляделся.

— Как прошло?

— Без ножевых, — бросил Марк в ответ. — К завтра всё готово?

— Да, насколько это возможно.

Анне не понравилось уточнение Нечетного, и в его интонациях она узнала Севера. Тот же смиренный тон, за которым отчетливо читалось — «ты все равно сделаешь по-своему».

— Тебе стоит взглянуть, Марк.

Нечетный потянулся к внутреннему карману куртки, из которого выудил приличную стопку бумаг. Он немилосердно сложил их, вернее смял, и теперь пытался хоть как-то разгладить.

— Тут копии.

Марк взял бумаги и быстрым нетерпеливым движением пробежался по верхним строчкам.

— Мы не в Краснодарском крае, — раздраженно процедил он.

— Я тоже так думал, но их слишком много, чтобы быть ошибкой. Я сто раз перепроверил, они наши.

Марк вернулся к листкам и скользнул взглядом до самого конца. Он сосредоточенно вчитывался в строчки, и Анна видела, как меняется его лицо. В конце концов, он взорвался, отшвырнув листки, которые белым веером осели по всему салону. Потом слепо шагнул в сторону, выбираясь из машины.

— Твою мать, Север! — выкрикнул он в сердцах.

И прошелся вдоль машины широкими шагами. Нечетный едва успел отступить, освобождая тропу.

— Ты был в его квартире?! — спросил Марк, выдохнув.

— Да, там были ключи от ячеек. Вот среди прочего богатства нашел бумаги.

— Сколько это продолжалось?

— Два месяца, судя по датам на документах. Последняя покупка за день до его потасовки с Рёфом.

Марк ударил кулаком по капоту машины.

— Сукин сын! Упрямый сукин сын.

Анна взяла в руки лист, упавший ей на колени. На нем были только адреса, длинный перечень из улиц и названий, от которых веяло свежим морским воздухом. Анна поняла, что это недвижимость, которую Север все-таки покупал в тайне от брата.

— Сколько вывел Север?

— За последний месяц четвертую часть дохода...

— Четвертая часть?! — Марк вновь вспылил и шагнул к Нечетному, словно нашел, кого стоит назначить виновником. — Как это возможно?

— Мы занижали цифры, чтобы меньше отдать спецам. И это же Север, Марк. У него были полномочия? Очерченный круг? Он мог всё, пока ты не окрикнешь.