Обоняние оборотня не могло этого вынести. Нам нужно срочно бежать.

Я схватила Дерека за плечо, указала на стол и показала бросающее движение руками.

Он кивнул.

— Сайман! — Мой голос казался слабым эхом. — Сайман!

Он взглянул на меня, и я увидела знакомый пустой взгляд в его глазах. Он сломается в любую секунду. Я схватила его за руку.

— Бежим или умрем!

Пригнувшись, Дерек схватился за стол и швырнул его во вспышки выстрелов.

Я рывком подняла Саймана на ноги и побежала.

За моей спиной под градом выстрелов разбилось стекло. Я прыгнула внутрь и развернулась как раз вовремя, чтобы увидеть Саймана, ныряющего в дверной проем. Дерек за ним. Он захлопнул толстую укрепленную дверь и споткнулся, как слепой, с широко открытыми глазами, слезы ручьями текли по его лицу. Кровь хлынула из его ноги, заливая джинсы красным.

Медленно, словно под водой, Сайман запер тяжелую металлическую дверь.

Справа в углу маячил обеззараживающий душ. Я толкнула Дерека в него и потянула за цепь. Полилась вода. Он вздрогнул и поднял лицо к ручью, позволяя воде стекать прямо в глаза.

— Насколько сильно ты ранен?

— Пуля прошла насквозь. Ничего.

С резким отрывистым стуком пули посыпались в дверь. Это не задержит их надолго.

Если бы у меня была лаборатория, то в ней был бы блок предохранителей поблизости на случай, если мне придется в спешке выключать оборудование. Я огляделась и увидела темно-серый прямоугольный блок в стене между двумя шкафами. Идеально. Я открыла крышку и вытащила главный предохранитель.

Квартира погрузилась в кромешную тьму. На секунду я подумала, что ослепла, а затем мои глаза приспособились, улавливая слабый свет от цифровых часов на стене. Должно быть, работающие от батареек.

Рядом со мной звук рвущейся ткани объявил, что оборотень сбрасывает свою одежду и человеческую кожу. Желтые глаза вспыхнули в шести с половиной футах от земли, как две луны.

Сайман глубоко, судорожно вздохнул.

— Спрячься или сражайся, — прошептала я ему. — Только не мешай.

Град пуль прекратился. Не к добру. Они решили, что так им не пробиться через дверь. Следующим шагом должна быть взрывчатка. Я бросилась к левой стороне двери и прижалась к стене.

На другом конце комнаты огромный лохматый монстр, которым был Дерек, прыгнул на стойку. Когтистая лапа проткнула бутановую лабораторную горелку и поднесла к водному огнетушителю в потолке. На конце зажигалки вспыхнуло крошечное голубое пламя. Оно лизнуло разбрызгиватель один, два раза, а затем вода полилась холодными брызгами.

Прощай, газ.

Тишину прорвал пронзительный вой.

Взрыв сотряс дверь, хлопнув меня по ушам. Металлическая часть укрепления двери с визгом упала в комнату. Луч фонарика прорезал тьму, ища цели.

Я сжала рукоять сабли. Это было так успокаивающе, как рукопожатие старого друга. Вода намочила мне волосы.

Дерек вонзил когти в обшивку, прыгнул и пополз по потолку с ужасающей скоростью, хватаясь за стальные балки для поддержки.

Дверь взорвалась. Я присела на корточки.

Первый мужчина направился внутрь, сжимая обеими руками черный пистолет в проверенной временем позе стрелка. В бронежилете он казался почти квадратным. Мужчина развернулся вправо, развернулся влево, повернул ствол пистолета на два фута выше меня и вошел в комнату.

Второй человек последовал за ним, держа фонарик и пистолет в положении «Чепмен»: пистолет зажат в правой руке, фонарик в левой, руки сведены вместе. Он повернулся, фонарик осветил всю комнату.

Заходи, здесь нечего бояться. Ты большой и сильный, а твой пистолет защитит тебя.

Яркий луч скользил по лабораторным столам, кусая темноту, разбитую потоками воды. Налево, направо. .

Третий мужчина вошел в комнату, прикрывая человека с фонариком. Классика.

Луч скользнул выше. Свет озарил оживший ночной кошмар: громадный мужчина высотой восемь с половиной футов с массивными мускулами, выпирающими твердыми гребнями из его огромного тела. Его кожа сияла на свету, кристально белая, как будто слепленная из снега. Синяя грива ниспадала ему на плечи, обрамляя жесткое лицо, на котором горели два глаза: чистейше-голубые, полупрозрачные, как лед из самой глубокой части ледника. Смотреть в них было все равно, что смотреть назад во времени, на нечто чуждое, древнее и очень, очень враждебное. Сайман принял свой истинный облик.

Мужчины замерли на полсекунды. Они предполагали встретить здесь мужчину, женщину и Саймана. Они не ожидали, что их фонарик найдет в темноте разъяренного ледяного гиганта, поэтому уставились на него, как древние скандинавы много лет назад, охваченные параличом трепета и страха.

Я разрезала внутреннюю часть бедра ближайшего мужчины, резким толчком вверх, разрубив мышцы и бедренную артерию. А затем ударила его прямо в сердце, вытащила лезвие и плавным легким движением перерезала горло второго человека. Лезвие было настолько острым, что разрез получился почти аккуратным.