— Никогда не слышала.

— У моей бабушки был такой.

— Как работает? Не вредно?

Королева пожала плечами:

— Не думаю, бабушка не стала бы пользоваться вредным артефактом. А работает… Не смогу точно объяснить.

— Хотя бы приблизительно.

— Охват зависит от магического заряда. Если он полный, можно хоть тысячу человек отключить. Они замрут на четверть часа примерно, а когда очнутся, будут помнить только последнюю секунду до воздействия артефакта, ну и первую после окончания. А за выпавшее время можно что угодно творить, свидетелей не найдётся.

— Вы спрашивали у Нуара об этом артефакте?

— Спросила, когда немного в себя пришла. Он очень удивился, что я догадалась.

— Какая жуткая штуковина! — Майра вздохнула и вернулась на свою кровать.

Нуар оказался опаснее, чем она думала. Владея анти-таймером, злодей легко преодолеет все посты охраны. Даже в покои племянника проникнет, если пожелает. Оставалось надеяться на то, что заряд использован, а пополнить его Нуару негде. Особенно, если учесть траты на эксов. Принц-монах, хоть и состоятельный человек, но не настолько, чтобы швыряться астрономическими суммами направо и налево. Ещё одна мысль не давала покоя принцессе: подмена новорожденного. Хильда права: деверь вполне мог выкрасть младенца или подкупить повитуху. Рина во время родов потеряла сознание, с малышом можно было делать что угодно! Нужно срочно возвращаться в кремль и рассказать обо всём.

С этой мыслью девушка и заснула. Королева к тому времени уж минут десять как мирно посапывала.

29

Майра хотела отправиться с первым паромом — торопилась в кремль. Вчерашние спутницы позавтракают, помолятся на утренней службе, ещё разок прогуляются по острову и покинут Святое озеро около полудня. Все это прекрасно, погода обещала быть приятной, но времени на здешние чудеса и красоты у принцессы не было.

Спала она от силы два часа, но чувствовала себя свежей, будто только родилась. Стараясь не тревожить Хильду, уютно уткнувшуюся в гобелен на стене и нежно обнимавшую подушку, Майра оделась и вышла из пристройки. Здесь наткнулась на Кутью, расхаживавшую из стороны в сторону и бормотавшую молитвы.

— Доброе утро, вы не меня ждёте?

— Тебя, — кивнула монашка, — на паром?

— Нужно возвращаться.

— Вот! — на раскрытой ладони лежала скомканная бумага. — Сама не успеешь подняться на холм, я принесла.

— Спас-сибо, — заикаясь, поблагодарила принцесса.

В беседе с отшельницей она получила ответы на многие вопросы и не рассчитывала на возвращение записки, хотя было интересно взглянуть, что там. Разгладила, прочла: «Живи». Вот такой ответ на вопрос «Что делать?» А что она хотела? Боги помогают, когда к ним обращаешься, но выбор пути человек делает сам.

— Поторопись на причал, кружевница, — улыбнулась ей монашенка.

Ещё раз поблагодарив добрую келейницу, девушка запахнула пальто, сунула записку в карман и побежала по широкой каменистой дороге к берегу. Утренний паром возил паломниц-однодневок, тех, кто посещал утреннюю службу, запасался водой из источника и покидал святое место вместе с теми, кто ночевал в гостинице. Несмотря на ранний час, на противоположном берегу толпилось около двадцати женщин, лиц пока было не видно, зато фигуры и позы говорили о благоговейном настроении. Майре стало неловко от того, что её мысли обращены не к богам и даже не к отшельнице — их занимал только Нуар с его жестокими намерениями. Постаралась отвлечься, глядя на волны и светло-голубое небо с облачками, подсвеченными восходящим солнцем. Не очень-то получалось.

— Какие люди! — указала вдаль паромщица, отдыхавшая от верчения ворота. Они с другой монашкой работали по очереди. — Что за господин вышагивает по «следкам отшельницы»?

Они прошли полпути, уже можно было разглядеть встречавших. Принцесса присмотрелась и прошептала:

— Леот.

Ухо-голос — без маски, одетый в неброский костюм — спускался к воде. По осанке, походке и манере держать голову трудно было не узнать в нём благородного человека. Одеждой опытный глаз не обманешь. Майра задумалась: от чего это зависит? От наследственности или от воспитания? Младенцем Леота нашли на ступенях храма. Состоятельные люди не бросают так детей. Даже нежеланных могут устроить в интернат или отдать на воспитание в бездетную семью. Вероятно, мать ухо-голоса родила его без мужа и вынуждена была расстаться с малышом из-за невозможности его вырастить. Если и найдётся в его крови капля благородной, то лишь как следствие случайной связи. Значит, ум, характер, манеры молодой человек приобрёл, воспитываясь рядом с принцессой. Только внешность унаследовал от настоящих родителей. Эффектную, надо признать, внешность. И зачем он только прячется под маской?

Леот остановился, не доходя до площадки. Он тоже увидел Майру и махнул рукой, подавая знак. Она ответила. Любопытная паромщица заметила этот обмен жестами и, покачав головой, присоединилась к сменщице, ускоряя ход ворота:

— Вот куда девица спешит! Жених её встречает! — довольно громко сообщила она удивлённой товарке.

«Жених, — печально улыбнулась Майра, — если бы!»

Не успели монашки закрепить швартовные тросы и спуститься навстречу пассажирам, принцесса перескочила на мостки и помчалась по ним к берегу. Удивлённые женщины расступились, некоторые оглядывались посмотреть, к кому же она так торопится. Ухо-голос сделал несколько шагов навстречу и распахнул объятья. Майра уткнулась ему в грудь и замерла, чувствуя тепло и наслаждаясь силой рук.

— Цела! — выдохнул Леот. — Всё хорошо? — Она молча кивнула, а он провёл по волосам ладонью и прошептал на ушко: — Как ты соблазнительно пахнешь!

Принцесса смущённо отодвинулась. Как она может пахнуть? Накануне пропотела, а помыться возможности не было. Утром только глаза протёрла да рот прополоскала, даже щётки не было с собой! Всмотрелась в лицо мужчине: глаза лучатся радостью. Нет, он не шутит, действительно ему понравился её природный запах. Ей вдруг захотелось почувствовать, каков на вкус его пот, без примесей благовоний и душистой воды, а самый настоящий, крепкий… Даже головой потрясла, чтобы прогнать наваждение. Это всё неуместно сейчас!